— Да. Сказал, что покончит с собой, если я не буду с ним, — продолжила она. — Но я не восприняла его слова всерьез тем более что мы уже давно в разводе. Он долгие годы просидел в тюрьме за убийства, пока нам с сыном приходилось скитаться из города в город. Куда бы мы ни пошли, все ненавидели нас, как только узнавали, кто мой муж. Его лицо знала вся страна.
Глава 5.4
— Соболезную. — Кристиан склонил голову, делая пометки в блокноте совершенно нечитаемым почерком — Значит, вы ненавидели Стивенсона за ту боль, что он вам причинил?
— Да. — Кивнула она и быстро добавила: — Поначалу только. Сами подумайте, зачем мне держать всю злобу в себе. Я давно отпустила прошлую жизнь.
Осмотревшись, Кристиан заметил, что вокруг не только бардак, но и фотографий нет.
«Странные люди, — отметил он, возвращаясь к потрепанной женщине. — Кажется, Лесли писал, что ее зовут Линда».
— Как вы теперь поживаете? — поинтересовался следователь, вроде как из праздного любопытства. На самом деле Норриса одолевало зудящее чувство, что ответ близок, но ускользает от него.
— Это мое личное дело, сэр, как вас там, — отозвалась дамочка слегка раздраженно.
Кристиан кивнул и убрал блокнот. В памяти следователя вдруг всплыл недавний разговор с журналистом.
«Интересно, она знала о любовнице мужа? — подумал Крис. — Его бывшая сейчас как раз на эмоциях, вон как ее нога дергается. Что, если спросить?»
— Последний вопрос не для протокола, — сказал Кристиан. — Вы, случайно, не знали Алексис Такер?
— Что? — Глаза неухоженной женщины вдруг потемнели, а брови встретились на переносице. — Убирайтесь!
Вопрос ей явно не понравился. Более того, он ее разозлил. Не ожидая такой бурной реакции, Норрис подскочил и схватил Грин за тонкое запястье. Та вздрогнула и тихо всхлипнула.
«Что я творю?» — мысленно простонал Кристиан.
— Убирайтесь! — воскликнула Линда громче прежнего. — Я ничего не знаю! Уходите!
— Всего доброго, — выпалил следователь, сгребая в охапку Эрику. — Нам пора.
Они поспешили выйти из дома, чтобы лишний раз не злить хозяйку. Норрис уже пришел к осознанию, что им придется вернуться к этому разговору.
— Сэр, и вы это называете допросом? — Возмутилась Эрика, когда они осели в машину. Щеки девушки полыхали.
— Это я называю беседой, — усмехнулся Кристиан. — Она просто свидетель, а не подозреваемая.
— Но очень подозрительная мадам. — Грин и не думала переставать возмущаться.
— Да, она явно что-то скрывает и нам предстоит выяснить, что именно, — согласился Норрис.
У Эрики брови поползли вверх. Она явно не думала, что следователь так быстро поддержит ее точку зрения.
— Кто такая Алексис, о которой вы спросили? — поинтересовалась Грин, после непродолжительного молчания. — Не припоминаю ее имени среди жертв Стивенсона.
— Данная девушка жила в одном районе с этой семейкой. Думал, может, она вспомнит, — ответил полуправду Кристиан. — Забудь. Лучше подготовься. Мы едем в морг для проведения заклинания.
— А что мне готовиться? — фыркнула девушка, скрестив руки на груди. — Это вы тогда в обморок хлопнулись, а не я.
Норрис едва не зарычал, крепче сжимая руль.
«Вот мелкая зараза!»
С заднего сидения послышалось тихое:
— Ой.
А затем повисло молчание.
В морге их уже ждали. Рональд негромко переговаривался с судмедэкспертом, в то время как Брукс готовился к совершению заклинания по считыванию памяти. Поежившись от уколовшей нервозности, Кристиан переступил порог. Эрика последовала за ним.
— Как раз вовремя, — сказал Рон, потирая руки. — Мы готовы.
— Тогда приступим, — кивнул Норрис.
Все послушно отошли к стене, давая магу возможность свободно работать. Над телом, как и в прошлый раз появилось белое марево и нечеткая картинка. Позабыв, как дышать, Кристиан пристально вглядывался в расплывчатые образы.
— Заткнись. — Яростное шипение у лица жертвы. — Просто перестань существовать. Умри.
Горло следователя будто кто-то сильно сдавил, а сверху нависло чье-то громоздкое тело. Однако, кроме полумрака неубранной комнаты, Норрис ничего не смог рассмотреть. Сбоку вроде как стоял стул со сваленной на него одеждой, настольная лампа лежала на тумбочке. Пахло пылью и прокисшим чаем.