Будучи невысокого роста и весьма хлипкого телосложения, у него не хватало сил противостоять немалой мышечной массе задержанного. Как он умудрился надеть на него наручники, история умалчивает.
— Итак, приступим, — сказал коллега, начиная запись. — Ваше полное имя и год рождения.
— Теодор Гранд, — отозвался тот с неохотой. — Вы не того взяли!
— Чем вы занимались в ночь с двадцатое на двадцать первое сентября? — невозмутимо продолжил Браун. — Камеры наружного видеонаблюдения засекли вас в том районе примерно через полчаса после полуночи.
— Я гулял там, — нашелся с ответом тот. — Просто проходил мимо. Больше ничего! Могу поклясться!
— Это ни к чему, — фыркнул Браун. — Мы дождемся результатов текста ДНК, тогда поговорим еще раз.
Вуди самому пришлось выводить Гранда. Кристиан принялся помогать, невзирая на недовольный взгляд коллеги. В коридоре они столкнулись с Дэбби и Рональдом. Та, увидев задержанного вдруг замерла, испуганно вжавшись в стену.
Справившись с подозреваемым, Норрис вернулся к Обрин. Она ждала его возле входа в полицейский участок.
— Крис, Крис, Крис, — позвала его, цепляясь за руку мертвой хваткой. — Я видела того бугая! В баре, где на меня напал, — она лицом попыталась изобразить младшего Стивенсона. — И еще, в больнице, где лежала, когда Гаррет повредил мне горло. Этот человек присутствовал при выписке, но за время пребывания там, я его не видела.
— Похоже, что ты магнит для всяких маргинальных личностей, — вздохнул следователь. — Я обязательно сообщу об этом, но тогда тебе опять придется идти сюда для дачи показаний.
— Давай сегодня и решим это дело! — загорелась она, не скрывая какого-то противоестественного в этой ситуации восторга.
— Хорошо, — не стал спорить Норрис. — Сейчас все устрою.
Через десять минут они уже сидели напротив Брауна и рассказывали то, что известно Дэбби.
— Спасибо за информацию, — сквозь зубы процедил он в конце разговора. — Если нам понадобится ваши показания в суде, то вызовем.
Обрин выходила из здания отделения полиции счастливой.
— Сегодня праздник какой-то? — на всякий случай спросил Норрис, а то вдруг у нее день рождения, а он и не в курсе.
— Нет! — Дэбби обняла его, повисая на шее. — Просто счастлива, что все закончилось и теперь можно не бояться. Я свободна, Крис! Понимаешь? Свободна!
Норрису осталось лишь улыбнуться. Хорошо, что при всех неудачах в ней еще сохранился положительный настрой.
— Тогда сегодня вернемся ко мне домой? Или лучше больше никогда…
Обрин накрыла его губы поцелуем, но быстро отстранилась, чтобы сказать:
— Конечно! Только там убраться надо. Руками кровь лучше не трогать, иначе опять переживем тот же кошмар.
— Резиновые перчатки смогут нам помочь? — задумчиво поинтересовался Норрис.
— Конечно! И чистящие средства еще надо побольше купить, а еще…
Через минуту был готов список обязательных покупок, за которыми они и устремились в магазин. Там набрали полную тележку. Домой вернулись на такси. Сходу нацепили перчатки и принялись за работу. К вечеру дом уже сиял.
— А давай завтра в кино сходим, — предложила Дэбби, мирно засыпая в объятьях Кристиана. — Мы ведь теперь настоящая пара?
— Да, конечно, — сонно ответил он. — Обязательно.
После приятно проведенных выходных, Кристиан сумел на миг забыть обо всех проблемах и тревогах. Ему хотелось верить, что как только с делом Стивенсона будет покончено, они смогут вернуться к нормальной жизни. В вечер воскресения Обрин вновь прорвало.
— Осталось только выяснить, кто убил маньяка и тетушку Алексис, — вздохнула она, что-то листая в телефоне.
«Надо отключить вай-фай», — горестно подумал следователь.
— Я же просил не вмешиваться, — ответил он.
— Просто говорю свои мысли вслух, — нахмурилась Дэбби обиженно. — Но ведь это так! Как только все решится, тебе станет легче. Вновь сможешь заняться здоровьем…
Она резко осеклась и замолчала.
Норрис хотел было опять читать ей нотации, но его мысли сбил звонок Эрики.