— Ты?! — раздалось у меня над ухом, я подняла голову и узрела перед собой Димитрия. Ин-тересно, а что он тут делает? — Что ты тут делаешь?!
— Я только что хотела у тебя то же самое спросить, — промямлила я
— Алина!
— Что-что! Отдыхаю! — я дернула левой рукой, чтобы Димитрий заметил, что я прикована к столу наручниками, а правой я и так подпирала свою буйную головушку.
— Но ты же должна… — ошалело начал было Димитрий, я нагло его перебила
— Уже час как, — лениво отмахнулась я. Передо мной висели часы, я их узрела недавно. Если честно меня сейчас заботила вовсе не то, что я опаздываю на целый час на встречу с Женей, а мой вчерашний вечер и скорее всего ночь.
— Черт! — ругнулся Димитрий и плюхнулся на сиденье напротив меня, — Ты что пьяна?
— Есть немного, — согласилась я, чего уж отрицать очевидное
— А почему ты документы не предъявила? — осматривая меня, спросил он уже спокойнее
— Издеваешься, да? Я же их ей подбросила! — возмутилась я. Между прочим это его была идея! И совсем не важно, что он ничего про документы не говорил. Надо же на кого свою ви-ну свалить! Не себя же, любимую, ругать!
— Умно, — пробормотал он. Нет, он еще и издевается, очкарик лохматый!
— А ты не боишься тут находиться? — спросила я, вспоминая где я нахожусь
— Чего этого? — удивился Димитрий
— Ну ты же вроде к другой стороне относишься, а если кто донесет, что ты тут был?
— Да я тут как раз по этим делам и нахожусь… Ладно, делать что будем? — обеспокоенно спросил он. Волнуется. Ладно, так и быть. Прощу его на первый раз.
— Что-что? Звонить, — меланхолично отмахнулась я. Димитрия это вывело из себя
— Кому?! Неделину? Петровичу?
— Хм! Ей! Только мне телефон не отдают, — проговорила я
— Это не проблема! Что ты ей скажешь?! — я слишком плохо соображала, чтобы анализиро-вать свои мысли и поведение Димитрия, поэтому спокойно ответила первое что пришло в голову
— Что возвращалась от любовника, а меня задержали
— От кого?! — удивленно переспросил Димитрий, а я поняла, что сказала правду. Точно, помню, что шла по улице, меня остановил патруль и попросил предъявить документы. У меня их не оказалось и меня забрали сюда. Уже кое-что. Осталось вспомнить только самое главное.
— Телефон давай! — рявкнула я, даже не ожидала, что способна на такое рычание.
Через несколько минут Димитрий принес мне мой телефон. Я тут же набрала Женин но-мер, а потом меня осенило
— А она ведь может мне и не поверить… На, — не особо раздумывая, я сунула телефон Ана-ледесу
— Что я ей скажу?! — прошипел тот
— Ты — патрульный, устанавливаешь мою личность и звонишь по последнему набранному телефону, — ответила я. Гм, а голова-то, оказывается, работает еще! Димитрий не очень любез-но на меня посмотрел и прильнул к телефону
— Автоответчик, — через пару мгновений, ответил он.
— Тем лучше!
А потом, где-то через часик, за мной приехал адвокат и меня отпустили. Я напросилась к Жене в гости, якобы документы забрать, заодно и поблагодарить ее лично, и спокойно выполнила свое задание.
— Инга, а знаешь, что самое обидное? — не дожидаясь ее ответа, я продолжила, — Я ведь ниче-го не помню!
— Совсем-совсем? — с хитрым прищуром спросила она. Мне просто необходимо было выго-вориться, поэтому я рассказала Инге о вечере встречи выпускников. Благо мы были у меня дома, так что я могла спокойно выплескивать свои эмоции.
— Ну, кроме того, что я тебе рассказала, я еще помню, что когда я ревела этот со шрамом меня обнимал, одной рукой за плечи, а другой за талию.
— Хм! Интересно, что ты там такое пила? — хитро спросила она
— Бокал шампанского, — хмуро ответила я
— Да ладно! — не поверила Инга
— Я тогда вторые сутки была на ногах, плюс нервничала сильно, вот у меня и начались эти провалы в памяти. От переутомления мозг периодически отключал сознание, а алкоголь по-служил катализатором, — заученно ответила я фразой, которую нам вдалбывали в институте
— Да уж, и правда обидно…. Так, давай еще раз. Что ты о нем помнишь?
— Шрам на левой лопатке, от шеи вниз по спине сантиметров пять-семь, — послушно выдала я
— У Торина такого нет, — тут же ответила Инга
— Уже хорошо! — фыркнула я и уже более спокойно добавила, — Одно меня успокаивает.
— Что?