— Попробуем, — согласился Марк задумчиво.
— Тогда приходите завтра, погуляем и заодно поговорим, — улыбнулся Игорь.
Даша с восхищением посмотрела на мужа. После суетного ухода родственников, а с маленьким ребенком по-другому не бывало, девушка негромко спросила:
— В твоей логике есть один недочет, или я чего-то не понимаю. Сейчас они будет определять полочки, как ты это называешь, но если фигурки не подойдут?
— Солнышко, ты не права. Вот смотри, у тебя был цветок, — взмах рукой в сторону монстеры. — И в новом доме ты целенаправленно искала место, куда его можно поставить. Так и они, имея готовую фигурку, которую некуда приткнуть — будут создавать полочку специально под нее. К тому же за столько времени они хорошо успели изучить фигурку и проблем с несовпадением почти не будет.
— Как просто, — улыбнулась Даша, усаживаясь на солении к мужу. — Не ожидала.
— Как ты любишь говорить — все гениальное просто. Хотя меня интересует другое — как Альберту удобно так спать?
После ухода лучшего друга, единственного соперника и по совместительству двоюродного брата, сын нашел мягкую игрушку и устроился спать традиционным способом попой кверху, головой вниз.
— Видимо удобно, — с улыбкой отозвалась Даша. — Ты слышал теорию Марка — так кровь приливает к голове и мозговая деятельность улучшается.
— Он станет слишком умным, — пробурчал Игорь. — Перенесем в кровать?
— Согласна и сами переберемся, — игриво согласилась Даша, во время второй беременности за исключением утреннего токсикоза ее беспокоила только повышенная сексуальность.
Хотя надо признаться четно не столько беспокоила, сколько радовала, как впрочем, и Игоря.
По дороге домой Алина обдумывала услышанное. И уже подъезжая, а ехать было пятнадцать минут, сколько же, сколько и идти из-за пробок и центральной улицы города, она смогла сформулировать свое мнение.
— Я, конечно, убедилась в профессионализме твоего брата, но что-то мне не нравиться когда решают за меня.
Тоже молчащий всю дорогу Марк удивленно спросил:
— В смысле?
— Создай полочку под названием муж, но лепить я ее буду под твою фигурку что ли? — возмутилась Алина.
— Я тоже об этом подумал, когда Игорь рассказывал, а потом меня осенило — нет, не конкретно под тебя или меня, а вообще. Вот смотри, для меня верность жены это норма. Без этого никак не представляю. В твоей верности я уверен, но это второстепенно, в смысле ты подходишь, потому что такая есть. Требование, а не особенность личности.
— Вот спасибо, утешил, — усмехнулась Алина. — Но я тебя поняла. Хотя лично у меня требование верности и ты не совпадает в точности.
— Алин, — неожиданно серьезно сказал Марк. — Я хочу быть с тобой рядом всю оставшуюся жизнь, как однажды сказала Даша — жить и стариться вместе с тобой. Не буду клясться в верности до гроба, потому что не загадываю и не знаю, что ждет дальше. Но для меня верность неотъемлемая часть брака. Может поэтому раньше и не возникало таких мыслей — я просто не понимал, ради кого должен отказываться от разнообразия. Зато теперь понимаю — не ради кого, а почему. Вылупившийся из яйца птенец никак не вернется в него обратно, тоже и у меня, брак это следующий этап. Такой этап, на котором верность подразумевается автоматически, как часть жизни. Как неотъемлемый элемент, без которого нельзя.
— Я, кажется, понимаю твое мировоззрение, но пока мне сложно осознать, что ты готов,. что тебе хватит одной меня.
— Мне тебя будет даже много, — рассмеялся Марк. — А если серьезно, мне, конечно, льстит мнение о собственной неотразимости, но не такой я бабник.