— Господи, —Ангелина закатила глаза.
— Какая же ты тупая! С такими как ты, я не общаюсь! Иди спи в свой угол! — она махнула рукой…
— Хочешь сказать, что я тебе неприятна? —спросила Алина.
—Ты отвратительна! — будто отрезала Ангелина, кладя на стол еще одну книгу.
«Как заработать миллион» — машинально прочитала Алина. Внизу буквами поменьше: «Предпринимательство. Основы экономической теории».
Алина продолжала стоять у стола, пустым взглядом продолжала смотреть на этот учебник. Ангелина еще раз махнула рукой.
— Когда ты будешь бомжом, я тебе не буду помогать! Всяких идиотов я содержать не собираюсь! — добавила она вдруг.
Алина медленно развернулась, и как-то сгорбив плечи, пошла к кровати. В голове вновь не было никаких мыслей. Она легла, отвернувшись к стене и широко открытыми глазами смотрела на мелкие сине-фиолетовые цветочки на обоях, бесцельно бегая глазами по этим узорам —взад-вперед, по кругу, и снова назад и вперед.
— Как же так? — возникла в голове фраза. —Как же так? Как же так? — повторила Алина еще несколько раз.
Все парковочное пространство под окнами их дома было залито плотным гладким бетоном, спрыгнув вниз с 14 этажа, Алина без сомнений смогла бы «все закончить». Уже завтра все уедут на целых 3 дня, а Ангелина на 4, она еще будет у подруги. Эта мысль будто утешила сейчас, и Алина заснула.
Глава 9.
Глава 9.
Солнце, вновь по летнему яркое, пробивалось в окно, по стенам скакали солнечные зайчики. На фоне темного коридора в этом ярком свете блестели белые пылинки. Алина проснулась. Родители с Ангелиной уже уехали ранним утром. Дома никого не было.
Воспоминания о вчерашнем разговоре не сразу возникли в памяти, но будто всплыли откуда-то через несколько секунд после пробуждения. Алина медленно встала и пошла в темный коридор. Завернув за угол, дошла до кухни, затем так же медленно — назад.
Напротив висело большое зеркало, и когда по коридору кто-то шел, казалось, что в этом зеркале идут навстречу. Вдруг будто переключатель сработал в голове— и на секунду отчаяние сменилось какой-то безумной ненавистью, яростью, накрывшей Алину как волной.
В отражении зеркала, в своих чертах, она будто увидела глаза и черты отца. Она остановилась, но чем дольше продолжала смотреть, тем более видела это сходство. Добежав до кухни, схватив лежавший на столе нож, Алина с силой воткнула его прямо в центр отражения, в голову. С громким хлопком зеркало треснуло на 3 больших осколка, из места удара полетели мелкие брызги стеклянной пыли. Нож от сильного удара выскочил из рук и с громким звоном упал на пол. Так же медленно, будто нехотя переставляя ноги, Алина развернулась и побрела назад в комнату.
Внимание привлекли смятые листы бумаги, брошенные в висевшей на дверной ручке мусорный пакет.. На этих слегка пожелтевших листках А4 Алина увидела знакомые линии. Это были рисунки — когда-то, много лет назад, когда они еще были совсем детьми, Алина писала сказку про морские приключения. Рисунки эти, не слишком умелые, были иллюстрациями. Несколько таких они с Ангелиной закрепили на скотч над Ангелининым столом, но потом как будто забыли снять, и те провисели много лет, красные цвета уже выцвели, а бумага пожелтела.
На верхнем из рисунков, на большом желтом острове с пальмами стояли палочные человечки — это были Алина и Ангелина. Рисунок уже был совсем смят, сверху брошен стаканчик из под кофе, и липкие остатки залили всю поверхность.
Алина села на пол и заплакала, она давно уже пыталась заплакать —но никак не получалось, получилось только теперь, и слезы долго текли, но когда они закончились, конечно, стало легче. В 4 метрах, за большими окнами стеклянной лоджии, слегка приоткрытыми, была пропасть. Мысли о том, что в любой момент она сможет подойти к окну, в любой момент сможет спрыгнуть вниз, будто помогали ей. Находясь здесь, на краю этой пропасти, она ощущала, что все еще зачем-то хочет жить.
Алина подошла к столу сестры. На месте рисунков висел аккуратно приклеенный большой розовый плакат с изображением какой-то модели, а может быть, певицы, на нем большими белыми буквами было написано «Просто скажи себе -я лучшая!». Снизу белыми чернилами оставлена роспись, наверное автограф.
Алина смотрела на этот плакат с какой-то горькой улыбкой. Совсем не эти слова сейчас нужно было говорить сестре. Алина очень хорошо это чувствовала. Ей вспомнилась недавняя передача, которую по телевизору смотрел отец.
В ярко-освещенной телевизионной студии на кожаном диване сидел высокий красивый мужчина в темно бордовом костюме и белой рубашке с галстуком, с широкой белой улыбкой и великолепными каштановыми волосами, зачесанными в форме башни. Это был не то бизнес-коуч, а может, какой-то тренер душевного развития, или еще кто-то, Алина не разбиралась в подобных специальностях.