—Зачем ты здесь? —спросила она.
— Ох-ох-ох, внученька, пришла проведать, ты ведь не прогонишь бабушку?
Алина будто растерялась:— А ты разве не..?
— Ой, внученька, не вижу ничего в темноте, старая уже, ох... —протянула соседка.
Она говорила постепенно все отчетливее и как будто увереннее, теперь Алина ясно слышала каждое слово.
— Уходи! Уходи скорее! — ответила Алина.
— А что это там лежит в углу? А? Мразь! Думала я не замечу!!? — голос соседки вдруг изменился, он стал гораздо громче, звонче, будто помолодел, он уже был похож скорее на голос самой Алины, и в нем Алина услышала так знакомую ей отцовскую интонацию, будто отец воплотился сейчас в этом голосе, разговаривает с ней в каком-то женском обличии.
Эта перемена, этот режуще-звонкий голос будто вывели Алину из ступора и оцепенения.
— Кто ты? — сжав в руке нож она так же резко обернулась — за спиной никого не было.
— Ха-ха-ха-ха, — как-то по издевательски засмеялся голос. — Ты думала я здесь буду стоять сейчас, в таком месте, серьезно? Я Наташа, твоя одноклассница, — добавила она.
Когда-то в начальных классах вместе с Алиной училась одна девочка, Наташа, иногда дразнила Алину ведьмой, но Алина совсем забыла сейчас те времена, остались лишь какие-то смутные, обрывочные воспоминания.
Алина очень быстро почти проскочила до другого конца комнаты, затем пробежала через коридор в меньшую комнату, затем на кухню, с громкими хлопком распахнула двери ванной и туалета, и вновь так же быстро вернулась обратно. Все это время Наташа продолжала смеяться.
— Ха -ха, х-ах -ха, что, серьезно? Все еще не можешь найти? Ну ты тупая, конечно....
— Что, все еще не нашла ? Нет, ну это уже не смешно, ты серьезно что ли, настолько тупая?
Резко распахнув входную дверь, Алина выбежала на лестничную площадку. Тускло горела энергосберегательная лампа, никого не было. На мигающем красном табло, рядом со счетчиками, Алина увидела время: 2 часа 8 минут.
—Как, все еще не догадалась? — спросила Наташа с каким-то раздраженным удивлением...
— Да я за стенкой, дура! За стенкой, я твоя соседка!!
Это объяснение будто слегка успокоило Алину.
— И что ты здесь делаешь? —спросила Алина
—Как что? Живу со своим парнем, у тебя же еще нет парня?
— Эй, скажи что-нибудь! —она обратилась к кому-то, кто вроде бы стоял рядом.
— Да-да, я парень Наташи — этот голос был очень низкий, такой же тихий и неразборчивый, как голос соседки , он будто состоял их одних хрипов и вздохов.
—Эй, я даже не думала что буду жить рядом с убийцей? А?
— Какая же мразь, да? Какая мразь, да? —голос Наташи звучал очень громко, звонко, будто Алина надела наушники.
— Ну... Может быть …— протянул парень, — он говорил как-то неохотно, будто еле ворочая языком, когда его разбудили посреди ночи.
— И в кого ты такая? — продолжала Наташа. — Отец такой замечательный, золотой человек! —на уроках даже спать разрешал, ни слова не говорил, когда я у него училась. А мать какая добрая! — просто одуванчик, а не человек!
— И как это так гены сложились? — продолжала она будто очень удивленно.
— Мало витаминов было при беременности, наверное!
—Ну и что с тобой делать теперь? — с какой-то очень знакомой интонацией упрека спросила Наташа. Она уже не кричала, но будто старалась говорить почти ласково.
Алина хотела что-то ответить, но поняла вдруг, что просто забыла, что хотела сказать. Этот самый ответ, кусок уже готовой фразы, вывалился из головы и исчез.
—Таким как ты не надо ничего говорить! — заявила Наташа.
Алина вновь почувствовала прилив бешеной злобы —подскочив к стене, она с силой нанесла по ней несколько ударов, из под обоев тонкой струйкой посыпалась бетонная крошка.
Алина не совсем понимала, зачем она это делает, пытается ли она проломить стену ножом и добраться до Наташи? — сейчас гнев и какие-то инстинкты управляли движениями. Сделав вдох, она нанесла еще несколько ударов, а затем еще несколько. В каждый удар она вкладывалась изо всех сил, и в какой то момент поняла, что устала.
Опустившись на колени, она затем легла на пол, делая глубокие прерывистые вздохи, смотря в темный потолок. Наташа и ее парень молчали. Физическая усталость будто насильно успокоили Алину, она поняла, что хочет пить.
Ей вдруг показалось странным, что Наташе удавалось говорить так громко, находясь за такой толстой стеной, тем более, что в “той” квартире как будто никто не жил, верхние этажи в этой новостройке вообще были не сильно заселены. Ей захотелось проверить кое-что, плотно заткнув уши, она позвала Наташу.
—Чего тебе? — голос звучал раздраженно, злобно, но как будто действительно очень глухо и тихо.