Нынешний осенний бал был продуман Администрацией школы до самых мелких деталей, так как фотографии с данного мероприятия обещали разместить на первой полосе одной из самых популярных школьных газет Москвы "Современная молодежь".У входа в школу стоя фотограф, запечатляя на пленку вошедшие пары.
Алиола, ослепленная вспышкой фотокамеры, стоя бок о бок с Габриэлем, чувствовала себя дискомфортно. Хорошо, что маска на лице Грейнжер скрывала под светлым кружевом ее эмоции.
Всю дорогу, что они ехали в такси, Габриэль не проронил и слова, лишь печально наблюдая за проносившимися мимо пейзажами вечернего города. В отличии от Чеда. Манчини, в свою очередь, все никак не мог замолкнуть, доводя Ташу своими шутками чуть ли не до истерического смеха.
Стефан заехал за Нютой в строго назначенное им время. Он, как никто другой, не хотел пропустить веселья на бале–маскараде.
Вышедшая к нему на встречу Нюта, не могла не вызвать в нем животных инстинктов, подчеркивая вызывающе красным платьем каждый изгиб своего тела. Поправив свой пиджак, он помог Нюте сесть в автомобиль.
Что ж, может ему досталась не самая лучшая, за то она стала одной из немногих, кто смогла вызвать в Стефане хоть какие–то эмоции. К примеру, ту же самую страсть.
Стоя напротив фотографа, прижимая к себе руку Стефана, Нюта чувствовала себя актрисой на красной ковровой дорожке, которая номинирована на премию "Оскар". Она сочла этот момент лучшим за все ее семнадцать с небольшим лет.
Стоило Стефану наткнуться взглядом на рыжие локоны, даже не смотря на скрывающую лицо маску, он узнал ее. Страсть к Нюте постепенно начала угасать и на смену ей пришло желание любыми способами заполучить не только душу Грейнжер, но и её сердце. Каждый раз, когда Алиола отталкивала от себя Стефана, в нем с все большей силой просыпалось это необузданное чувство азарта. Эта девушка должна стать его, и ему было всё равно к каким способам прибегать.
Когда Нюту пригласил на танец какой–то неизвестный Стефану парень, и, в этот момент Габриэль покинул свою спутницу, Эванс решил не терять время даром и направился к одиноко стоявшей Алиоле.
– Ну и где твой ангел–хранитель? – с издевкой спросил Стефан.
– Представления не имею, о ком ты сейчас говоришь, – с присущим ей равнодушием сказала Грейнжер.
– О твоем белокуром друге Габриэле, – недовольно уточнил Эванс.
– Знаешь, если он ангел, то скажу тебе, они редкостные зануды, – ответила Алиола, делая глоток пунша.
– Впервые наши мысли совпадают, не так ли, Фитилёк?
– Это банальное совпадение, и не смей меня так называть!
Грейнжер ударила его в плечо и хотела уже уйти, но Стефан успел поймать её за руку.
– Потанцуем? – спросил он, всё ещё держа ее за руку.
– Если я скажу нет, ты отвяжешься от меня?
– Нет!
– А если соглашусь?
– То минуты две я не буду называть тебя Фитилечком.
– Какое заманчивое предложение! – с иронией ответила она.
На что Стефан лишь притянул ее к себе поближе и, положив руку на хрупкую талию Грейнжер, закружил девушку в танце.
Вырываться, словно из когтей зверя, в самом центре танцующих, да еще и под прицелом фотокамер, было бы некрасиво, и Алиоле ничего другого больше не оставалось, кроме как поддаться ритму танца.
– Я знал, что ты не устоишь, Фитилёчек, – шепнул он ей на ухо.
– Ты обещал меня так не называть, хотя бы во время танца.
– Я люблю давать обещания, которые не собираюсь сдерживать.
– Если это твой очередной способ меня закадрить, то, поздравляю, он с треском провалился, – недовольно фыркнула Грейнжер.
– Люблю девушек, которые без боя не сдаются, – ухмыльнулся он.
– Мне кажется, что такие, как ты, не влюбляются в душу, а увлекаются телом. Думаю, тут я уступаю Нюте.
– И все же, я танцую с тобой, – подметил Стефан.
– И все же, – она натянуто ему улыбнулась, – ты пришел с ней.
– Ревнуешь?
– Сочувствую!
– Мне или ей?
Он на мгновение ослабил свои объятия, чем и воспользовалась Алиола.
– Высокомерный индюк! – выбравшись из его рук, сказала девушка, медленно отдаляясь от него.
– Для тебя я готов быть кем угодно, Фитилек! – ухмыляясь крикнул Стефан ей вслед.
Одиночество Стефана длилось недолго. Амина, решив воспользоваться возможностью, пригласила его на танец. Тот в свою очередь, от делать нечего, согласился.
– Какие девушки тебе нравятся? – Амина решила не ходить "вокруг да около", и сразу же задала интересующий ее вопрос, – Рыжие или брюнетки?
– Глупый вопрос, – печально ответил Эванс, пожалев о том, что вообще согласился уделить этой никчемной глупышке своё время.
– А чем тебя зацепила Нюта? Или ты с ней, чтобы Алиолу побесить? – все никак не умолкала Амина.