"Батюшка! Вы - чёрт, будьте прокляты до сотого поколения! - я вырывалась, рыдала, кусала отца, но он - оглушенный фиолетовым крепким - не слышал меня, вдыхал воздух свободы с конскими криками и хохотом бородатых - лопаты у них в бородах - гномов. - Меня продаете на утеху солдатам, моя печень послужит вурдалакам хорошим утешением в безлунную ночь, когда волки боятся своих хвостов!"
Отец привел меня на площадку - дивное место, мягкая земля с белым песком - то ли кварц, то ли костная мукА!
Несколько обнаженных девушек - с тугими телами змей - бегали, приседали, поднимали ноги выше головы, но самое удивительное - разбегались, выдыхали из груди воздух, с кхыканьем и упорством драконов втыкали шесты в песок и возносились над деревьями, над растопыренными пальцами эльфов и волшебников в длинных халатах лекарей.
Я - завороженная летающими красавицами - прикусила пальчик, обливалась кровью, но смотрела через хрустальный шар Вольдемара за непонятными действиями военных девушек: не танцуют, не пьют фиолетовое крепкое, а прыгают с помощью палки, до Еврииды допрыгнут.
"Правда военных девушек - их называют войсковые спортсменки - в прыжках выше дерева, выше крепостной стены; полезно при осаде замков, даже выгодно государству - экономия на живых мертвецах - так повар экономит на свежем мясе, подкладывает в котёл мертвецов. - Отец протрезвел, смотрел на забавы армейских девушек с непередаваемым чувством стыда: щеки покраснели гроздьями рябины. - Девушки нашли своё призвание - прыгнуть выше головы, подняться над обыденностью, залить светом любви головы врагов!
Их детские мечты осуществились, воплотились не в чахотке, не в смрадном дыму корчмы, где за бочками с фиолетовым крепким жизни не видно, а в прыжках - лебединая песня!
Правда красавиц - в прыжках с палкой!" - отец закашлялся и, вдруг, сильнейший - будто слон в негодовании топнул по спине кота - удар обрушился на крепкую, сотрясаемую пароксизмами добродушия, спину батюшки.
"Мать твоя - выдра, а отец твой - гном с лишаями на ушах! - ближайшая красавица сверкала очами, губы её дрожали, ноздри раздувались - факел пройдет в негодующую ноздрю, будто в пещеру забегает дракон. - Нелепый пропойца, дочку с собой взял на прогулку, чтобы мы тебя за неучтивость не побили палками - волк ты позорный, а не отец!
Внушаешь ребенку дурное, говоришь, будто мы всю жизнь мечтали прыгать с палками, растворяться в воздухе, соперничать с птеродактилями!
Больно, когда кусачая птица - властительница пространства - хватает зубастым ртом за ягодицу; в полете мы беспомощные, любая стрела нам сестра!
Мужчины - самодовольные гоблины - придумали затею - нас первыми запускать в осажденный замок, чтобы мы, прелестные в своей наготе, перелетали крепостные стены, обольщали вражеских воинов, прельщали волшебников, мутили головы Королям, заигрывали с колдунами и плясали на ярмарочной площади медведям на потеху - отвлекали внимание публики от войны!
Нет, не Правда жизни, не Истина это, а - ложь, обман, прискорбный факт, сравнимый с поеданием свежего вампира!
В прошлый бой, затяжной, нудный - дождь, снег, драконы летают, огнём растворяют сердца, словно амфоры - нас раздели, поставили перед строем и приказали - фельдмаршал - старенький, песок из него сыплется угольный - умолял (но сабелькой вострой в животики наши резиновые тыкал), чтобы мы голые - в снегопад! - перепрыгнули крепостную стену и открыли врата сытым и довольным рыцарям на разных конях!
Много мы понимали, но вознеслись на крепостью, рыдали в воздухе, потрясали невостребованными прелестями - мясо мы, а не плоть!
Наша звеньевая, фельдлейтенант Анжелика - белокурая красавица, волосы в полёте белым облаком сияют - реяла над птеродактилями, спокойная, умопомрачительно красивая в своей недоступности - так недоступен для лисы зеленый виноград на псарне.
Вопреки ожиданиям, опустилась Анжелика не в мягкие руки барона, не на ложе, усыпанное лепестками роз, а села с размаха на кол - кто его поставил, какой вурдалак просмотрел осиновый кол?
Печально взирали на нас умирающие очи Анжелики, напоминали о бессмысленности ложных поисков, о закономерности, которая по воле Судьбы каждый полёт пугает колом между ягодиц!"
Воительница закончила рассказ, ударила папеньку палкой между глаз - потешно, искры полетели, подожгли сено-солому для новобранцев, праздничный салют улыбками оголенных девушек осветил место для прыжков!
Мы ушли, Правду и Истину я не увидела, но с тех пор не приставала к тятеньке и маменьке с ненужными расспросами о цели жизни, о какашках барсуков - пустое всё, для вращения Вселенной неважное, слабосильное, огурец в бочке нужнее, чем поиск Истины! - Карла замолчала, указала пальцем на корчму - пришли, достигли дорожной цели - так певица утешается с хрипящим воеводой.