Не губите меня, я - прозорливый, предсказал свою смерть от ваших рук - ладные у вас ручки, сильные, облизал бы каждый ваш пальчик, раб ваш покорный навеки - не сделается мне дурно, если на коленях проползу за вами до гробовой доски лекаря фон Арамиса!
Грудки ваши - Райские яблочки, а Райскую яблоню я не сломлю - кости у меня тонкие, девичьи для воина и лесоруба.
В семь годочков, маленький я ещё, но на девушек заглядывался, флейту зажму между ног и играю, извлекаю дивную музыку сфер - покойники из могил вылезают, слушают, костями трещат в такт моей жаркой мелодии - ни одна девица мимо не пройдёт - все меня щипают пребольно за щёки и за уши.
Калика перехожий, волхв с посохом проходил, долго слушал мою музыку, а затем сбросил хитон, плясал до посинения лица, до жёлтой пены из очей - удивительный старик, в цветок превратился, не в букет, а в - розу!
Посох волхва на траве лежит - величественно, словно Король, а не палка!
Одежда - панталоны, нагрудная тряпочка, балахон - в кучу свалены - услада старьёвщика, а рядом - роза неблагоухающая, но красивая, с лепестками мудрости.
Маленький я, мне розы не интересны, мне петушка на палочке подавай и имбирный пряник величиной с грудь вашу Вселенскую... АХ! воительница Ксена, вашу умопомрачительную грудь - вторую вы отрезали, чтобы из лука стрелять удобнее - я в видениях пятнадцать лет назад познал, только грудь, а лицо - не видел лица и других частей тела, может быть, приходили они в мои видения, но не отрывал очей целеустремленных, молоком вымытых, от вашей груди - свод небесный она!
Сегодня по груди узнал вас - восхитился и испугался одновременно - так узник любуется антикварным топором палача.
В тот день я посохом волхва себя в лоб ударил, отчего дар предсказания получил редкостный; на позорище себя выставлял в бане без рубахи.
Я домой возвратился, матушка мне блин на тарелку бросила, мёдом полила, улыбается добро, по-матерински, материнский капитал в её доблестной улыбке воеводы.
Батюшка пшеничные усы подкручивает, меня по головке поглаживает, будто котёнка утопленного, ластится, называет меня фонтаном радости в избе.
Мир и лад, если бы не мои видения - будь они трижды проданы чёрту; от чёрта все гадости в доме, где ноги из золота.
"Батюшка, вы в солнечный день, о сыром подвале с пиявками задумайтесь - потому что вода по колено, с узниками - товарищи по камере вам бороду выдерут, вас поставят в воде на четыре точки и обесчестят, как вы обесчестили вдову Изабеллу!
Вдова упрашивала вас, чтобы вы повременили, пока матушка, жена ваша, умрёт от яда вампира, черты лица после смерти матушки исказятся, а Изабелла вас замуж возьмёт - я подслушивал, в щелочку подглядывал за вашим буйством, постыдились бы батюшка, о душе подумали, а не о прелестях умирающей вдовы.
Она через три дня к колодцу пойдёт, на копейщика заглядится и в колодец ухнет, а в колодце в тот миг вода исчезнет и - дорога в ад вдове Изабелле за её мысли, которые превращают беззащитную женщину в дракона!
Я предсказываю вам тюрьму, батюшка, через двадцать лет и один год - радуйтесь, грибы собирайте, срок долгий, три раза ноги сломаете, и пять раз на грабли наступите, одуреете от ударов граблей, соловьём-разбойником запоёте.
Вы, моя матушка, крутобедрая, - блин пузатый, вопящий, живой в рот засовываю, чувствую, что авторитет мой в семье падает чугунной гирей на ногу гадалке, - слюбитесь со старостой нашим деревенским - Фомой, горбатый он, сухой, но между ног наколдовал себе жезл зачарованный - ни одна девушка с горшком настурций мимо не пройдёт!
Староста вас обольстит, скажет, что муж ваш, мой батюшка - подлец, не ценит вас, скотина; и, когда вы восторженно согласитесь - платье вам на голову накинет - от греха, чтобы чёрта не увидели, сам в чёрта превратится и рылом свиным сотворит с вами то, что батюшка с вдовой Изабеллой сделает - грех, а из греха дым и сера на завтрак!"
Предсказал, от своего предсказания в орех превратился, страшно мне, словно в озеро из шоколада упал.
Матушка с батюшкой сцепились, вопят козлами надоенными, волосы рвут, пальцами в очи тыкают - потеха, цирковые борцы лучше не развеселят, глумливые!
Я из избы выбежал, яблоки срываю, свиньям бросаю вместо жемчуга - пусть радуются бедолаги, вместилища демонов.
Предсказывал часто, но от предсказаний - печали, зло, а не радости, словно меня только на одну ногу подковали прозорливостью.
В Королевскую лотерею ни одной цифры не предсказал; результат рыцарского турнира - ни одного угадывания, но о гадостях - голубые небеса краснели от стыда за меня.