— Мне-то что.
Татьяна молча протянула руку.
— У нас такое правило — деньги вперед. Все, сразу. Люде укол сделали. Придет в себя, очухается — мы поговорим. В моем присутствии, это условие такое…
— Нормальное условие, — согласилась Агнешка и что-то сказала Юранду по-польски. Тот, кивнув, полез во внутренний карман куртки.
От Ольги не ускользнул блеск в глазах Татьяны Онищук, матери несостоявшейся «Мисс Украина», когда она сперва увидела деньги в руке парня, а потом то, как он пересчитывает купюры. И наконец когда пересчитывала их сама.Жизнь в Киеве научила Олю Жуковскую выключать на ночь мобильный телефон. Для киевских знакомых, коллег по работе и тем более руководства считалось вполне нормальным позвонить ближе к полуночи по поводу, понятному только звонившему. Если остатки совести все-таки не позволяли кому-то набрать номер после 24:00, ее забрасывали эсэмэсками. И такое «счастье» глубокой ночью могло сообщить о своем приходе противным пикающим сигналом, в то время когда Ольга уже спала.
Но здесь, дома, ее никто не мог побеспокоить. Ритм жизни в Луцке кардинально отличался от киевского, по убеждению Оли, крепнувшему с каждым днем, — в лучшую сторону. Тут все вокруг шло тихо, спокойно, размеренно. Громкий скандал с разоблачением подпольной порностудии стал скорее исключением, отклонением от привычной для местных жителей нормы, чем ежедневной составляющей их бытия. Как в тех же Киеве, Львове, Харькове, Донецке — вот откуда, из городов-миллионников едва ли не ежедневно поступали новости, больше похожие на сводку боевых действий. Тот железный занавес молчания, которым от них отгородились, казалось, все вокруг, Оля пыталась объяснить именно тем, что событие, привлекшее ее и польских коллег в Луцк, стало для города сенсацией со знаком «минус».
Так или иначе, здесь, дома, Ольга, укладываясь спать, не выключала телефон. Не потому, что ей нравилось держать трубку в режиме приема, — просто она могла себе это позволить, получая от подобной мелочи ни с чем не сравнимое удовольствие.
Благодаря этому Жуковская и смогла узнать новость, самую важную для нее на данный момент.
Когда телефон ожил, она, вскочив, заметила: за окном медленно сереет рассвет, то есть наступает раннее утро и, вероятно, нет еще и семи часов. Первая мысль, пронзившая голову: «Я в Киеве, и что-то срочное по работе». К счастью, она моментально улетучилась, Оля поняла, что она дома, в своей постели, повернула растрепанную голову на звук, увидела беснующийся телефон, не желавший прекращать трезвон, протянула руку, взяла трубку, поднесла ближе к глазам.
Пташук.
«Какого черта?» — хотелось выкрикнуть ей, но вместо этого, успокоившись, как ни в чем не бывало ответила: — Да, Саша.
— Они уезжают! — прокричал он ей в ухо. Ольге пришлось даже чуть отвести трубку, чтобы крик не резал слух. — Уезжают они, слышь?
— Доброе утро, — зачем-то ответила Жуковская, чтобы хоть что-то сказать, — она пока не понимала, что происходит.
— Какое доброе! Ты там во сне разговариваешь? Олька, я тебе не снюсь! Они уезжают!
Встряхнувшись и окончательно отогнав сон, Ольга переспросила:
— Кто уезжает? Куда уезжает? Зачем?
— Людка Онищук с мамкой своей! Ночью по телефону на первую маршрутку до Киева два места забронировали!
— Зачем? — Ольга спрашивала механически, в голове вертелись совсем другие мысли.
— Ты у них спроси! Короче, диспетчер на той фирме, ну маршруточной, перевозчики… — Понятно, понятно, дальше!
— Значит, там моя знакомая работает! В смысле, сидела на телефоне, ее смена! Знала, что мы контачим с Людкой Онищук, а Людку весь город знает!
— Ясно. Ты резину не тяни!
— Я объясняю, какие дела! Татьяна заказала два места, а знакомая моя только вот сейчас додумалась мне позвонить! Они, знаешь, почти всегда подтверждают у пассажиров, которые бронируют билеты: едут те или передумали. Потом только прикинула себе так…
— Ладно, мне все ясно! — выкрикнула Оля в трубку, хотя на самом деле поняла слишком мало, кроме одного: надо предупредить Агнешку, что ее главные герои рубят концы. — Откуда едут, от «Луческа»?
Так называлась гостиница на городской окраине, рядом с которой была стоянка междугородных маршрутных микроавтобусов.
— Ну да…
— Ты с машиной?
— Я это… — зависла короткая пауза. — В общем, день рождения вчера… Короче, за руль не сяду… — Идиот! — вырвалось у Жуковской.
— Кто знал! — начал оправдываться Пташук. — Слышь, я тебе сейчас своего таксиста подгоню, знакомого. Он работает, меня домой вез, мы в кабаке загудели.
А машину свою я там же, возле кабака, оставил…
— Текста много! — раздражению Ольги уже не было предела. — Звони своему таксисту, пускай едет ко мне! Я уже готова!