Я стояла прямо перед ним, моя рука двигалась возле его лица, возле его лба, носа, губ. Я хотела снова прикоснуться к нему, почувствовать его тепло, обжигающее тепло его губ. Прикоснуться к его руке, и чтобы все мои тревоги ушли на задний план, снова попытаться уложить его волосы, которые никогда не поддаются контролю.
- Скажи ему, что я в доме, живу в своей комнате. На окнах нет решеток, Рафаэль может влиять на разум людей, но в последний наш с ним разговор, в нем что-то изменилось.
- Прости меня Лиа, я… я…
- Скажи ему, что я не злюсь на него.
- Но я виноват перед тобой…
- Просто забери меня Кевин. Мне очень одиноко.
- Лиса… мы тебя не слышим!
- Заберите меня!
- Лиса…
Проснувшись в холодном поту, я всё ещё лежала в своей старой комнате. Вроде такая родная, но одновременно чужая комната. Лунный свет падал из окна, освещая меня так, что я могла видеть свое отражение в зеркале. Шайло права, выглядела я плохо. Кажется, за этот месяц я сбросила несколько кило, лицо осунулось, под глазами легли круги. Ключицы выступали слишком сильно, а кожа была бледная как у мертвеца. Так вот как вы выглядит человек в заточении. Я не покидала комнату целый месяц, Рафаэль приносил еду и прочее прямо в комнату.
В коридоре было темно, очень непривычно. Когда нас здесь было больше, в коридоре свет всегда был включен. Элли боялась темноты, и она часто ходила ночью. Спускаясь вниз по лестнице можно было увидеть, как на кухне горит свет, и услышать звук включенного телевизора. Папа после работы всегда засыпал за чашкой кофе и за какой-то программой. Тренировочная комната всегда была наполнена шумом. Чаще всего это были крики Чака, звуки мокрого тела бьющегося об манекен. Выйдя на крыльцо можно было увидеть Нико, который в ночном свете выглядел как маленький, чертовский хорошенький вампир. Пройдя в сторону гаража, я всегда встречала Кевина в пикапе, который слушал Linkin Park “Nobody’s listening”. Каждую ночь он слушал эту песню, и подпевал думая, что реально никто не слышит.
Сейчас же это место было пусто. Ни одной живой души. Словно кладбище воспоминаний. Так и хочется спеть одну из песен, которые часто слушал Кев «Возьми часть моей души …. Ла-ла-ла… возьми часть моего мира, возьми часть моего сердца». Хотя у меня взяли не часть. У меня украли всё, душу, мир и сердце. Почему я вижу перед глазами как образы тех, кого я так люблю, испаряются передо мной. Как будто их и не было. Как будто этих воспоминаний тоже не было. Кто такой Нико? Джоанна? Шайло? Элли? Чак? Нелли? Кевин? И самый главный вопрос. Кто же я?
Глава 20
Рафаэль
Прости меня малышка, но это единственный способ. Я помню, какой маленькой ты была, когда мы впервые встретились. Но ты этого не помнишь. Ты смотрела на меня своими огромными глазами индиго и хотела показать весь мир. И уже тогда я готов был взять тебя за руку и забыть обо всем. Но, забыла ты. После я старался не попадаться тебе на глаза, иначе ты могла всё вспомнить, а это могло повредить частичку твоего мозга. Но это было трудно. Каждый год, изо дня в день я видел тебя перед собой, слышал твой голос, и понимал, что никогда не смогу прикоснуться к тебе. Когда тебе исполнилось 14, я помню что, очень долго тебя не видел, отец делал меня лучше, и теперь ты бы уже не узнала меня. Тогда ты стала ещё лучше, твоё тело начало меняться. Глаза были всё такие же большие и лучистые. Ты не была уже ребенком, но и взрослой ты не была, такая веселая и беззаботная. И тогда то и появился этот твой обожаемый Кевин. Я видел, как он смотрит на тебя изо дня в день, как ты смотришь на него. На твой 15 день рождение он кое-что украл у тебя, твой поцелуй детка. Но ты этого не помнишь. Потому что этого воспоминания я тебя лишил.
- Ты не помнишь этого, но как-то мы сбежали с тобой. Мы сели в автобус и просто уехали далеко. Туда где нас никто не найдёт. Очнулись мы в каком-то городке, где было море. Малышка жаль, что ты этого не помнишь, но мы были счастливы. Мы отпраздновали твой день рождение, на берегу моря под красивый закат и шум моря. Я ушёл за едой, а ты осталась сидеть там же, а когда я вернулся, тебя уже не было. Бросив всё, я бегал по городу как сумасшедший и искал тебя. И нашел, но было поздно. Как только я подошла эта, мелкая тварь Шайло использовала телекинез, и держала над тобой достаточно высоко, но так чтобы я видел. Их было четверо, девчонка с бритой головой стояла прямо перед тобой, Чак преобразовался в волка и удерживал тебя от побега. Тот самый Кевин который казался для тебя хорошим своими мерзкими руками держал тебя за твои длинные и густые волосы, и издевался над тобой как мог. Нико чьи глаза чернее ночи, взял шприц и воткнул тебе в шею, он взял твою кровь. Я кричал и вырывался, вырвался, когда эти гады уже ушли. Ты лежала не в состояний двигаться в полумертвом состояний. Я держал тебя за руку и не мог поверить, что не смог тебя защитить. Я виноват перед тобой, потому что мой дар снова дал сбой в тот раз. Я так хотел забыть, что произошло, что обо всем этом забыла ты. Я перестарался и теперь ты не помнишь ничего. Детка, прости.
- Так ты хочешь сказать, я забыла весь тот ужас, что произошел со мной?
- Да.
- Тогда зачем ты мне рассказываешь всё это?
- Потому что ты должна знать. Они придут, я чувствую, они попытаются тебя украсть.
- Но зачем им я?
- Они монстры. С твоей помощью они хотят создать таких жутких тварей, о которых ты и не знаешь. Пойдем, покажу кое-что.