ьниц. Он спит. "Зачем будить человека таким варварским методом??" - Маркина, ты чего здесь! У тебя сейчас иммунка! - Вера Ильинична, а зачем он играет, будит человека? Ильинична отвела девушку от палаты. - Он уже много месяцев спит. Он в медикаментозной коме. А это его брат играет. Они раньше вместе выступали, но затем то ли поссорились, то ли еще что... Но не виделись уже много лет. И вот сейчас, когда Мирон Константинович уже доживает свой век, его брат - Матвей - приходит к нему и играет ему каждый день. Это его способ попросить прощение и проститься. - Как грустно. - Грустно, но что поделаешь? Спустя два месяца Алису перевели в гематологию, на химиотерапию. - Вы в блоке будете вдвоем. Знакомтесь. Вам тут неделю жить. Соседом Алисы оказался бледный, щупленький парень лет девятнадцати. К разочарованию Алисы парень совершенно не любил разговаривать. И постоянно прибывал в состоянии депрессии. - Привет, я Алиса. - Привет - Тебя как зовут-то? - Леха - Нам тут с тобой неделю жить, Леха. Мож... - Знаю. - И отвернулся к стене. Разговор начал получаться только на четвертый день. За окном лил дождь. И впервые за все время, Леха заговорил первым: - Люблю дождь - Правда? - удивилась Алиса, - почему? - После него природа будто очищается. Запах озона - Мокрая одежда, простуда... - Добавила Алиса. - Теплый чай, плед. Это что получается? Депрессивный Леха что-то любит? "Может не такой он и депрессивный?" - Лех, а чем ты занимался до больницы? - Студентом был. Учился на физмате. А ты? - А я? А я всегда была "свободной личностью" - Это как? - Нуууу... знаешь.... не училась. Я жизнью наслаждалась... жила одним днем. - Жалеешь? - Не знаю. Я до сих пор не знаю, чего хочу. Вернее, знаю. Жить хочу. - Видела, какое красивое звездное небо после дождя? Когда тучи расступаются? - Я никогда не обращала внимание на небо - Пожала плечами Алиса. - А на что обращала? - На что? Вот, знаешь, всегда обращаю внимание какую обувь девушки надевают под шорты! - Обувают - Что? - Обувь не надевают, а обувают. - Если это попытка уколоть меня за отсутствие высшего образования, то у тебя получилось. - Да я и не пытался тебя задеть... Но раз сама заговорила, спрошу: почему не училась? - Мать хотела, чтобы я бухгалтером стала. Ну, типа хорошая профессия, то да се... Я этого не хочу. - А чем планировала заниматься? - Не знаю... Правда была в том, что Алисе вообще было плевать на свою жизнь. Ее жизнь складывалась из сплошных случайностей. Она "случайно" закончила школу, просто школа больше не хотела терпеть ее выходки и постоянные прогулы. Она "случайно" начала встречаться с парнем, просто тогда все были в отношениях, вот и она начала. Она "случайно" стала работать в супермаркете, потому что родители перестали давать деньги и ей пришлось зарабатывать самой. Она никогда ничего не хотела, ни к чему не стремилась и ничем не увлекалась. - Что ты там постоянно пишешь? - Это мой список разбитых надежд - ответила девушка. - Здесь записано все, чего не было в моей жизни. - Ну как прошел курс химии? - спросила Шурка, когда Алиса вернулась в палату. - Тошнотворно. Александра Яковлевна понимающе кивнула. - Я могу у Вас спросить? - Конечно, Алиса, спрашивай. - Чем Вы хотели заниматься в своей жизни? - Я 30 лет в браке была. Вся моя жизнь - это сын и муж. Все время дома, всегда за них переживала, ухаживала. С работы тогда ушла, чтобы с семьей быть. - Но тут ее голос изменился: - А до замужества я играла на скрипке. На конкурсах все первые места моими были. Вот был случай... Шурка так восторженно расказывала о своей юности, у нее горели глаза и даже проступил румянец... Впервые за все время она улыбалась и словно ожила. Заглянув в свой блокнот, Алиса прочитала: "я никогда никому не помогала..." И она очень захотела помочь Александре Яковлевне. В субботу, как обычно, приехал сын Шурки. Побыл недолго у матери и собрался домой. Но в коридоре его остановила бледная кареглазая девушка: -Здравствуйте, меня зовут Алиса. Я соседка по палате Вашей матери. Хотела Вас попросить принести ей скрипку. - Зачем ей скрипка? Она в онкоцентре лежит! - Именно поэтому. Через неделю весь третий этаж напоминал филармонию: утром частушки под балалайку, а после обеда - игра на скрипке. Сначала Шурка даже плакала, когда играла. Алиса разбиралась только в тяжелом роке, поэтому игра на скрипке ассоциировалась у нее со скрипом пенопласта по стеклу. Но даже она заметила, как начал меняться репертуар Шурки со временем: музыка становилась все более веселой и жизнерадостной, а глаза скрипачки блестели уже не от слез, а от счастья. Если знать расписание жизни санитаров, то можно заметить, что после одиннадцати вечера (когда, по их мнению, все пациенты спят), они не закрывают балкон для перекура. Этим воспользовались Алиса и Леха. Вот уже третий день они незаметно проскальзывали на балкон, с которого был ход на крышу. И, взобрашись на крышу, сидели болтали. - Знаешь, что я заметила? Яковлевна, как скрипку в руки взяла, аж помолодела! Видел, как сейчас по коридорам гоняет? Не угонишься - засмеялась Алиса. - Просто она наконец счастлива. Немного задумавшись, Алиса спросила: - А что тебя делает счастливым? Леха относился к тому типу людей, которые боятся рисковать. Еще в детстве он знал, что жизнь - это садик-школа-институт-работа-женитьба. Так он и жил. Его родители не пускали в детский лагерь, потому что далеко от них. "Мало ли что может там случиться? Нет! Тебе что, дома плохо?" Он никогда не ходил в ночные клубы, в лес с палатками, на речку с друзьями... он даже плавать не умел. Он предпочитал это называть осознанной осторожностью. - Лех, чего замолчал? - Я и так счастлив - сказано было очень не уверенно. И вот, наступил тот день, когда не было слышно привычных частушек под балалайку. Потому, что играть уже было некому... Шурка с Мироном Константиновичем попрощалась по-своему, сыграв "Реквием" Моцарта. По ее словам эта музыка лучше всего передала его борьбу с болезнью. Достав и прочитав свой блокнот в тот вечер, Алиса начала собирать вещи. - Эй, ты куда? - удивился Леха. - Ухожу отсюда..