— Ты что удумала? — возопил он, скатившись с насиженного за короткое время выступа.
— Мстю творить! — я попыталась сымитировать гомерический хохот. Попытка не удалась, из горла вырвалось лишь подобие старческого скрипа. Но и оно произвело эффект. Некромант отполз подальше от явно свихнувшейся ведьмы и уперся спиной в каменную стену.
— Ты… Тебе чёртики случайно не видятся? — осторожно поинтересовался Эол, понимая, что дальше отползать некуда и надо либо подниматься, либо пытаться привести ведьму в чувство. А лучше всё и сразу.
Я шагнула к нему, "ласково" оскалилась и крепче сжала камень в руке.
— Нет, мне видится побитый некромант! — встрёпанная рыжая ведьма сверкнула глазами.
Эол судорожно сглотнул и втянул голову в плечи. А приятно, когда тебя боятся. Самоуверенность растёт, как на дрожжах.
— За что??? — возопил некромант, осознав неизбежность избиения его, любимого, камнем.
Тут я остановилась и задумалась. И правда, за что? Он надо мной не издевался, лопатой не угрожал, с коня не сбрасывал. Только на руки поднял. А за это бьют не камнями, а каблуками. Да и то не всегда.
Додумать я не успела. Сзади послышалось шуршание песка, кто-то схватил меня за руки и в считанные секунды скрутил. Камень отобрали. Гады. Я вам это ещё припомню. К Эолу подошёл Теллуриэль и, подхватив под локоть, помог ему подняться.
— Тоже мне, — буркнул кто-то у меня над ухом.
Я повернула голову. Вермерх стоял, как ни в чём не бывало, и внимательно наблюдал за разыгравшейся драмой. И хоть бы вмешался, что ли! Видит же, что его хозяйку обездвижили, а ничего для освобождения не предпринимает. Предатель. Мелкий, кусачий, паршивый предатель. Я на него обиделась.
О ногу потёрлось нечто пушистое. Я опустила взгляд. Юка подмигнул мне и, продолжая тереться мордой о сапоги, медленно обошёл стоящую неподвижно хозяйку. Над головой послышался дикий вопль, от которого зазвенело в ушах. Однако меня благополучно отпустили. Эринэль запрыгал на одной ноге, отчаянно пытаясь стряхнуть с другой вцепившегося в сапог кота. Последний, однако, отцепляться вовсе не желал, издавая клич индейцев Дикого запада и вовсю орудуя двадцатью когтями. Ай да Юка, ай да молодец!
Флегматично наблюдавший за этим Вермерх не выдержал и подключился к издевательству над эльфом, укусив его за пятую точку. Эринэль завопил ещё громче. Немудрено, такие зубки в филейную часть воткнулись. Мне стало его почти жаль. Но только почти.
— Алисанда! — возопили два голоса разом. Я оглянулась. Эол и Теллуриэль выглядели недовольными. Принц упер руки в бока.
— Да-да? — я состроила самую невинную физиономию, на которую была способна.
— Угомони зверьё, а то они Эринэля съедят! — Эол выразительно положил руку на рукоять меча.
Драться хочешь? Ну давай подерёмся. Только за последствия я не отвечаю. К тому же у меня ещё месть не свершилась.
Я не менее выразительно выпрямилась во весь рост и скрестила руки на груди. Мужиков не проняло. Визг эльфа начинал раздражать. Да где его хвалёное эльфийское спокойствие? Где гордость и презрение во взгляде? Неправильный мне эльф попался.
Эол и Теллуриэль взглянули очень серьёзно. Некромант начал медленно вытаскивать меч из ножен. Скрежет металла болью отозвался в голове. Ладно уж, намёк ясен.
— Вермерх! Юка! Да плюньте вы на него, отомстили уже за хозяйку, мстюти народные!
Звери восприняли моё заявление буквально и оплевали эльфа. Тот побагровел, кончики острых ушей задрожали от возмущения.
— Ну, Алисанда, — прошипел оплёванный и униженный Эринэль.
— Ну, Эринэль, — в тон ему ответила я, поглаживая подбежавшего ко мне Вермерха. Юка, решивший, что его оставили без внимания, жалобно завыл и взобрался ко мне на плечо. А мне что, жалко? Рук две, зверей тоже двое, на всех хватит.
Эльф схватился за рукоять меча.
— Померимся силами, смертная!
— Ага, сейчас, только шнурки поглажу. Я похожа на идиотку? Безоружной выйти на бой с непонятно чем…
Эринэль стал напоминать варёного рака, из ушей повалил тёмный густой дым. Меч со скрежетом покинул ножны, острый конец клинка указал в мою сторону.
— Я…Эльф… Неужели… Это… Непонятно? ЭЛЬФ! — возопил Эринэль, подскочил ко мне и замахнулся. Это он зря. Стоявший рядом Вермерх вытянул шею, клацнул зубами, послышался скрежет, треск… Обалдевший эльф уставился на рукоять, которую всё ещё сжимал в ладони. Блестящего клинка эльфийской работы, украшенного изящной гравировкой, не было. Вермерх довольно облизнулся.