…свободы, которой у меня больше нет.
Повеяло знакомым, слегка приторным парфюмом с нотками ладана. Северный Пес суровой каменной статуей стоял на тротуаре, и прохладный скандинавский ветер нервно играл в его ниспадающих на лицо темно-русых волосах. Он так гармонично сочетался с этим серым городом, ветреной погодой, даже с текущей ситуацией, что я вскользь подумала, умей я рисовать, или сочинять музыку, то обязательно бы воплотила свои мысли в творческую форму.
Тупица. Мне запрещено так думать. Я не имею морального права. Я никогда не должна думать о нем хорошо.
Он – мой враг. Самый главный и первый враг.
Ларс Кристенсен протянул руку, и я в сомнениях поежилась, вспоминая прошлую ошибку, когда слепо доверилась этому нехитрому жесту. Но сейчас мне было совсем не до чрезмерных опасений.
Я – абсолютно одна. В чужом городе, где говорят на незнакомом мне языке. Мне понадобится любая помощь. Пусть даже Северного Пса.
Схватив меня за руку, человек уверенно последовал по улице быстрым шагом, даже не замечая, что я с трудом поспеваю за ним. Я будто намеренно тормозила.
Северный Пес был очень и очень зол.
В этот обеденный час почему-то уже начало смеркаться.
Как забавно получилось. Один человек, считавшийся хорошим другом, легко продал меня за огромные деньги незнакомцу из другой страны. Другой же человек, напротив, расстался с этой огромной суммой, лишь бы я всегда находилась с ним рядом. Кому же в действительности можно доверять?
Время расставит все по своим местам. Главное – не забывать аромат соленого моря. Аромат свободы.
Глава 10. "Иллюзия жизни"
«Чисто гипотетически, возможно ли такое, что запущенный интроверт в своих самых тайных и горячих мечтаниях воображает, будто он счастливо общается с людьми, ведет активную социальную жизнь и совершенно раскрепощенно налаживает связи где-нибудь на шумной вечеринке по случаю презентации нового парфюма? Фантастика какая-то…»
Мы подходили к небольшому, двухэтажному дому, напоминавшему больше дуплекс, или место, где проживает несколько семей одновременно. «Хм, а есть ли у Ларса семья, родители, друзья? Мне придется с ними общаться? И как в таком случае Ларс будет меня им представлять?»
Через дорогу находилось маленькое уличное кафе в уютном французском стиле, где сидела влюбленная парочка, ежившаяся от пронизывающего ветра, но производящая впечатление по-настоящему счастливых людей, чьи отношения еще только зарождаются.
Интроверт ли я? Мне не хочется посещать психологов, потому что они – тоже люди. Но с другой стороны…
Ловлю себя на мысли, что в своих фантазиях я никогда не мечтаю об одиночестве, покое, или забытом богом, далеком крае, где меня никто бы не беспокоил. Я мечтаю о неких людях, без лиц, без имен, без голоса, немного бесплотных и эфемерных, порой устрашающих и маниакальных, но все же существующих, пусть и в моем разуме. Мне нравится тихо разговаривать с ними, обнимать их за плечи, бежать с ними бок о бок навстречу приключениям и справляться с ужасающей несправедливостью мира, крепко держась за руки.
Мы любим друг друга, о, да, так сильно, что хочется стискивать зубы и кусать губы в кровь. Мы ненавидим друг друга. Иногда я убиваю их с особой жестокостью, а потом горько рыдаю над безжизненными телами. Это повторяется изо дня в день, из ночи в ночь. Они всегда рядом, они не покидают меня в отличие от живых людей.
И они делает мою жизнь наполненной.
Только разве это не пустая иллюзия жизни? Где та самая истина? Где мое настоящее место?
Ларс поднялся по ступенькам дома и отворил деревянную, покрытую лаком, дверь. Она чуть заскрипела и у меня перехватило дух, будто мы собираемся посетить самые темные уголки сознания Северного Пса.
Или же…моего собственного сознания?
Но ничего страшного не произошло.
Удивительно, что у столь противоречивого и закрытого человека, была приятная и вполне себе уютная квартира в минималистичном стиле и светлых оттенках. Могу ли я рассуждать об этом здраво? Ведь частенько самые отпетые маньяки имели приличный вид, чистую одежду и миловидное личико. Им же нужно как-то скрывать истинное лицо и не привлекать чрезмерное внимание? Быть может, Ларс один из таких психопатов. Ведь часто мы видим в людях те недостатки, которые есть и в нас самих.