«Надо же, а призраки обладают благородством… Или это связано с тем, что я теперь «их» и если я умру, то веселье закончится?» — задумался я, пока Джиллиан и Аммон кружили вокруг тела и округи. — «Может, и так...» — подумал я и сделал шаг вперёд, чтобы посмотреть, как там дела у моего «друга». И тут же оказался в другом месте. Я стоял в большой комнате, которая была оформлена в стиле старинного замка. По стенам висели гобелены, на полу лежал чёрный ковёр с высоким ворсом. В углу стоял шкаф с книгами, а прямо передо мной, в простенке между двумя окнами, был большой камин. Рядом с ним стояло кресло. На кресле сидел мертвец.
Голова начала раскачиваться, а на меня смотрели жёлтые стеклянные глаза.
«Алистер… Беги… Не доверяй», — словно сверло прокрутились в голове слова, сказанные голосом моего отца.
— Нет... — я схватился за голову, пытаясь отогнать наваждение. — Нет! Я не верю! Ты не можешь уйти!
— Я сделал все, что мог. Теперь твоё время. Ты должен жить. И ты должен вспомнить...
— Но я не могу!
Меня трясло, я чувствовал, как по моей коже стекают капельки пота. В голове пульсировала боль. Я не хотел принимать то, во что так яростно отказывался верить.
Я огляделся по сторонам.
— Эй, страж Алистер, отпускай, — резко оказывается передо мной лицо, а я моргаю и перестаю видеть перед собой комнату, где умер мой отец.
Я медленно начинаю оглядываться по сторонам и вижу довольного Джиллиана, облизывающегося, как кот, нажравшийся свежей деревенской сметаны. Он улыбается и смотрит на меня с таким видом, что я готов ему врезать. И это отрезвляет меня.
Медленно я начинаю отпускать нити магии, что не требуют ни слов, ни точных вычислений. Это не магия, а скорее просто сила, которая течёт в моих жилах и создаёт нечто, настолько мощное, что можно сказать, почти неосязаемое.
Я чувствую эту силу в своих венах, в каждой клетке своего тела, и она так сильна, что я ощущаю её даже сквозь свою кожу.
И она хочет вырваться. Но я сдерживаюсь и медленно начинаю впитывать силу. Я отпускаю нити, и они постепенно начинают таять. У меня нет слов, чтобы выразить то, что я чувствую, когда перестаю использовать магию.
Это похоже на то, как будто я был привязан к мачте, а теперь её убрали.
Как только сила впиталась в меня обратно, я прикинул, что из моей жизни отнялось, примерно, два или три месяца. Не такая страшная цена за то, что можно будет узнать то, что не видно стражам. Убийцы понимают других убийц лучше, чем хранители порядка, а уж эти, были лучшими из лучших.
— Так что вы узнали? — хрипло выдыхаю я, а Аммон улыбается удовлетворённо. Кажется, он был доволен тем, как быстро я пришёл в себя после приступа. Давно их не было, а теперь ему стали свидетелями два убийцы, что не добавляло радужного настроения.
— О, слушай меня, великий лейтенант, — радостно восклицает Джиллиан и начинает мерзко хихикать.
Глава 14. Джиллиан
— Слушаю, — всё ещё хрипло выдыхаю я, останавливая всё своё внимание на толстяке.
Джиллиан провернулся вокруг своей оси, а после, слишком резво подлетел ко мне, вытягивая свои кисти в мою сторону. Кожа на его запястьях начала лопаться, а потом вздуваться. Призрачная кровь, что ещё секунду назад стала вытекать из ран, начала пузыриться, оставляя после себя ожоги.
На его руках появились маленькие пузырьки, после разрыва которых брызги из их содержимого разлетались в разные стороны. Я в это время стоял и смотрел на все это с округлившимися глазами. Впервые я видел такое проявление у призраков. Хотя, что я по сути своей, знал о них? Ничего, кроме того, что они любят подглядывать за новыми убийцами и их жертвами.
— Что ты сделал? — спросил я, смотря на Джиллиана, кожа которого продолжала медленно тлеть на моих глазах.
— Я лишь показал тебе, что я могу, — ответил он с улыбкой. — Призраки не так просты, как ты думаешь.
— Джиллиан? — спросил я, когда понял, что он делает. А он в ответ на мои слова лишь ухмыльнулся и продолжил своё представление. В конце концов на его запястьях оказались знакомые мне ожоги, как от верёвки. — Что это?
— А это, малыш Алистер, наглядное доказательство одиночества девушки, — хмыкает рядом Аммон, а я недоуменно хмурюсь, но тут же спрашиваю.
— Она причиняла себе увечья, которые скрылись за ожогами?
— Верно! — выкрикивает Джиллиан, а потом трясёт руками и следы пропадают с его запястий. — Она была жутко одинока. Эта малышка являлась раем для таких, как я.
— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я, уже предполагая ответ, но мне было интересно услышать это от убийцы, про которого раньше можно было лишь прочитать.