Алитет притащил ящик, в котором хранились лук, соль, грибы, томат-соус, сушеный картофель, перец, - и кто его знает, какой только еды не было в этом ящике!
"Попробуй сделай из всего этого варево, - думала Тыгрена. - Такую еду собаки не станут есть. И зачем портить хорошую оленину всей этой дрянью, разложенной по коробочкам?"
Тыгрена с брезгливостью посмотрела на таньгинские продукты и зажала нос. Эти продукты неприятно взять и в руки. С отвращением она взяла луковицу и стала резать ее прямо на полу. Вдруг она почувствовала острую боль в глазах, потекли слезы. Она швырнула луковицу в сторону и закрыла глаза, сильно потирая их рукой.
"Зачем портить оленье мясо и класть рядом с ним дурно пахнущий лук? Или эту соль, которая разъедает язык, весь рот и от которой тошнит?"
Тыгрена открыла баночку с перцем и внимательно стала рассматривать этот черный песок. Она набралась храбрости и, решив попробовать эту таньгинскую пищу, насыпала его себе на язык прямо из коробочки. Тыгрена с ужасным криком выбежала на улицу, бросилась на землю и торопливо стала лизать траву очищая язык.
Подошел Алитет.
- Что ты воешь, как волчица? - равнодушно спросил он.
- Таньгинской пищи попробовала, - простонала Тыгрена. - Наверное, я сейчас разорвусь.
- Безумная, это без привычки. Едят же таньги и не разрываются. Привыкнешь и ты. Шхуна скоро подойдет. Иди скорей, делай американскую еду.
Лицо Тыгрены раскраснелось, во рту будто кто-то развел костер. Она поднялась и вернулась в полог.
В котле уже варилось мясо. Как хорошо оно пахло! Это была настоящая еда. А вот теперь надо делать ее американской, портить.
Тыгрена бросила в котел горсть соли, подумала немного и бросила другую, третью горсть. С брезгливостью она тряхнула рукой и вытерла ее о свои торбаза.
Она заглянула в ящик и задумалась. Из какой же коробочки еще положить в котел таньгинской пищи? Постепенно она набросала в котел содержимое всех баночек и коробочек, попробовала варево, сплюнула и сказала:
- Любят же таньги такую отвратительную еду!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Шхуна "Поляр бэр" на полном ходу подошла к стойбищу Энмакай. Она лихо развернулась и остановилась в тихой заводи.
- Отдать якорь! - намеренно громко крикнул капитан Браун и сам вручную начал его отдавать. Сверкнув лапами, якорь на тонкой цепи юркнул в воду. Штурман Харлоу закрепил паруса. Шхуну развернуло по течению.
Американцы прохаживались по палубе, а люди стойбища Энмакай столпились на берегу, сгорая от любопытства. Почему-то Алитет не велел ездить на шхуну. Почему он так решил, люди понять не могли. Пожалуй, Алитет делается таньгом. Все чаще и чаще его поступки становятся непонятными, как и поступки белых людей.
- Черт возьми, что же они болтаются на берегу и как будто не собираются к нам на борт? Джим, покрути сирену! - негодуя, распорядился капитан Браун.
Джим схватил ручку сирены и начал крутить изо всей мочи. Сирена пронзительно завыла. Видно было, что людям на берегу это занятие Джима очень понравилось. Люди даже перестали бросать камешки в море. Но и только.
Капитан Браун в бинокль рассматривал берег.
- Есть ли на чем им переехать, мистер Браун?
- Не говорите глупостей, мистер Харлоу! Разве вы не видите на берегу байдары и даже вельбот? - сказал вконец раздраженный капитан.
- Вероятно, эти дикари сегодня объелись моржатиной и им лень даже столкнуть байдару с берега, - уже в тон капитану сказал мистер Харлоу.
- Джим, приготовить к спуску нашу шлюпку!
- Есть приготовить шлюпку, мистер Браун!
Оставив на якоре "Поляр бэр", весь экипаж шхуны отбыл на берег.
Алитет, следивший за американцами в щелку своего склада, только теперь вышел и неторопливо направился им навстречу. Своей клетчатой рубашкой Алитет резко выделялся из толпы. Не забыл Алитет повесить на глаза и американский козырек от солнца.
- Алло, Алитет! - крикнул капитан Браун со шлюпки.
И когда шлюпка носом уткнулась в гальку, люди подхватили ее и волоком вытащили на берег с сидевшими в ней американцами.
- Почему не приехал на шхуну? Бедным человеком стал? Не на что выменять товары? Или, может быть, не нужны тебе товары? - спросил мистер Браун, здороваясь с Алитетом.
- Товары нужны даже и глупому охотнику. Мне тоже нужны, и песцы у меня есть. Видишь, какой склад стоит?
- О, склад хороший! Так почему же ты не поспешил на шхуну?
- Байдары привязаны на вешалах, вельбот жалко гонять по пустякам, а твоя лодка всегда наготове. Я же знал, что у тебя есть маленькая лодка.
Американцы направились в стойбище. Вслед за ними ринулась вся толпа, но Алитет остановил ее взмахом руки. Люди вернулись к берегу.
- Огромный склад! - заметил Браун. - Теперь я вижу, что ты становишься настоящим торговым человеком. Ол райт!
Алитет хитро усмехнулся и, проходя мимо склада, остановил гостей. Показывая рукой на склад, он с гордостью сказал:
- Здесь много песцов. Все песцы белы как снег. Все обезжирены. Если много хороших товаров привез, устроим большой торг. Если мало - буду ждать другую шхуну.
Капитан Браун сделал вид, что не слышит Алитета, и поспешил в склад. Американцы вошли солидно, как настоящие покупатели. Их взору представилась совершенно неожиданная картина. Глаза контрабандистов загорелись.
- О'кэй! Здесь есть дело. Ого, и еще какое! - сказал по-английски капитан Браун, обратясь к своим компаньонам.
Однако, сдерживая свой восторг, капитан Браун, не торопясь, по-деловому прошелся вдоль линии висевших песцов, кое-где встряхнул за хвосты шкурки и, возвращаясь к Алитету, на ходу небрежно сказал:
- Недопески есть!
- Не-е-е, - покачивая головой, с хитренькой улыбкой ответил Алитет. Недопесков нет. - И, обращаясь к Туматуге, строго сказал: - Скорее принеси из яранги недопеска!
Туматуге мигом притащил черноватого песца с очень короткой остью, с подпалинами на боках и подал его Алитету.
- Вот какой недопесок! Смотри, Браун! Ты, торгующий человек, будешь знать, какой недопесок. Я таких не держу в складе. Недопески у меня валяются в яранге. Из них мои женщины шьют рукавицы. А эти песцы - самые лучшие песцы. Посмотри хорошо. Прошлая зима много дала хороших песцов. Охотники не помнят такой зимы. Даже мой отец Корауге не помнит такой зимы. Очень хорошие песцы! - убеждал Алитет.
- О'кэй! Много товара ты получишь от меня, Алитет. Ох, как много! сказал Браун, выходя из склада с таким видом, будто песцы совсем его и не интересуют. - Ну, Алитет, а теперь поедем в гости ко мне на шхуну. Кстати, посмотришь и мои товары.
- Я хочу смотреть их здесь, на берегу. Я на моржей перестал ходить. Разлюбил море. А сначала кушать пойдем в мою ярангу. Я люблю угощать американского человека. Велел сварить хорошего оленя. И варево сделано по-американски. Очень хочу угощать.
- А все-таки, может быть, на шхуну ко мне поедем?
Алитет сделал гримасу и решительно отверг предложение.
- Джим, слетай на шхуну и быстро привези алкоголь, да побольше. Не мешкай! - распорядился капитан.
Джим подмигнул и молниеносно исчез.
- Только я хочу один торговать с тобой, - сказал Алитет капитану. - Я не хочу, чтобы твои товары попадали другим охотникам. Есть тут охотник Ваамчо. У него три песца. Наверно, он тоже захочет с тобой торговать. Если с ним будешь вести торг, я тогда закрою свой склад.
- О, я понимаю! Зачем мне его три песца! Пусть другая шхуна собирает по три песца. Я хочу вести торг оптом, с тобой.
Джим не заставил себя долго ждать. Американцы шумно ввалились в полог Алитета и расположились на новых пушистых оленьих шкурах.
В пологе хозяйничала Тыгрена, одетая в европейское платье.
Она очень смутилась, когда американцы трясли ее руку и говорили что-то совсем непонятное. Еще никогда она не здоровалась за руку. А Джим незаметно слегка ущипнул Тыгрену.
Вскоре на низком столике появились тарелки, вилки, ложки и полная кастрюля жирного супа.