После нападения неизвестного человека и перестрелки в аэропорту, Соулривер наотрез отказался направляться прямиком к Области Святого Престола. Его насторожила ситуация с конвоем, который так и не встретил их в аэропорту. Крестоносец предпочел выждать пару дней, обдумать и разобраться в ситуации, прежде чем принимать какие-то решения.
Зиг знал идеальное место, для того чтобы “залечь на дно”.
Протиснувшись меж грузных тел к стойке, Зиг, перекрикивая общий гвалт, подозвал бармена. Высокий жилистый живчик кивнул, передал одному из клиентов кружку пива, разлив треть на стойку, и неторопливо подошёл к Заннинсу.
— Я ищу Лэндо.
Бармен покачал головой и развел руками.
Почти натурально.
Зиг уже открыл рот для того, чтобы объяснить подробнее, что ему нужно, как вдруг сосед слева толкнул его.
— Слыш, крыса белая. Ты чего тут забыл? — прошепелявил пьяный, смердящий спиртом бородатый детина.
Заннинс передёрнул плечом, решив пропустить замечание мимо ушей, но хлопок ладонью по лопатке с другой стороны, заставил разозлиться.
— Аха, крыса. Я понял. Типа, как мышь белая такая. А-а-а… Смешно.
Соседу справа явно понравилась шутка бородача. Он нацелился на Заннинса мутным, расфокусированным взглядом и весело улыбнулся, сверкнув золотым зубом.
Зиг всё еще чувствовал на спине горячую потную ладонь. Сжавшись в кулак, она натянула на груди парня футболку.
Двое явно перебрали с напитками. Бурлящая внутри энергия требовала выхода — им уже наскучило надираться за стойкой бара, перетирая давно обсуждённые темы. Такие места, как “Койот” напоминали собой небольшие поселки, где все всё друг о друге знают. Закрытые мирки, постоянное членство в которых заслужить нелегко. Новые лица тут появляются нечасто, и практически всегда вызывают одинаковую реакцию — опасение и неприязнь. Как и ко всему, что хоть немного отличается от людей, объединившихся по какому-то признаку.
Зиг с его белой шевелюрой привлек внимание многих. Он буквально чувствовал колючие взгляды окружающих. Мелькнула мысль о том, что возможно его лицо уже успели показать по телевизору, с пометкой “опасный преступник”. Но того, что его сдаст, кто-то из завсегдатаев Койота, можно было не опасаться. Полицию здесь не любили гораздо сильнее всего остального.
Заннинс дёрнулся, пытаясь стряхнуть со спины руку. Футболка сильнее натянулась на груди, один из швов лопнул, и по боку протянулась дырка.
— Э, у нас тут не мужской стриптиз, — загоготал золотозубый искренне радуясь своему чувству юмора. — Это ты ошибся баром.
Зиг глубоко вздохнул, пытаясь утихомирить свой пыл. Ярость рвалась наружу. Заннинс не мог себе позволить начать размахивать кулаками. Какой-то пьяный дальнобойщик был ему не противник.
Парень обернулся через плечо, и, поймав негодующий взгляд крестоносца, едва заметно качнул головой. Соулривер оскалился и демонстративно сложил руки на груди, всем видом говоря, что если ты так хочешь, то я не стану вмешиваться.
“А на шоу посмотрю с интересом”.
Здоровенный кулак обрушился на стойку бара. Зига открыто провоцировали.
Рука, отпустила футболку и тут же несильно, но чувствительно ударила под рёбра.
В следующий миг Зиг взорвался, а еще через секунду соседи по обе стороны уже лежали распластанными на полу. Здоровенные детины недоуменно смотрели друг на друга, пытались привстать на руках и искренне не понимали, как они упали со стульев.
— Э-э, ты чего творишь?! — услышал Зиг с дальнего конца стойки.
— Я … нет, — парень вскинул руки в миролюбивом жесте, коря себя за вспышку гнева. — Они первыми начали.
Заннинс поднял умоляющий взгляд на бармена, который всё прекрасно видел. Но тот неодобрительно покачал головой:
— Извини, парень, разбирайся сам.
В зале стало тише.
Завсегдатай с дальнего конца поднялся и неспешно направился к Зигу, поигрывая мускулами. Это был здоровенный шкаф, чья комплекция позволяла ему это делать. Ещё несколько человек отставили от себя напитки и уставились на Заннинса. Если прежние взгляды были безразлично-неприязненными, то сейчас на альбиноса смотрели скорее оценивающе.