- Готово.
Джеймс взмахнул на часы своей собственной палочкой, и минутная стрелка откатилась назад на пять минут. Он посмотрел на свои ручные часы, и они оба увидели, как они подстроились под главные. Джеймс тихонько засмеялся.
- Видишь, Лунатик, я знал, что ты обязан был пойти. Пойдём, пора возвращаться.
Они уже быстрее поднялись по ступенькам, радуясь своему триумфу. На самом верху Римусу пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. Он положил руку Джеймсу на плечо, чтобы восстановить равновесие, и тот терпеливо подождал его.
- Эй, Джеймс?
- А?
- Ты, правда, проиграешь в споре с Сириусом ради Лили?
Джеймс слегка замер на месте, но его голос не звучал раздражённо, когда он ответил:
- Может, и не проиграю.
- Но Лили никогда не…
- Это я тут учусь на Прорицании, Люпин, а не ты.
- Ну да, но она тебя ненавидит.
- Она меня не ненавидит, - засмеялся Джеймс. - У Лили Эванс нет ни одной клетки в теле, которая может ненавидеть.
Римус ничего на это не ответил, потому что знал, что это было правдой. Джеймс продолжил:
- Просто ещё не пришло время, вот и всё. Но я не возражаю.
- О, - сказал Римус. Его впервые в жизни осенило, что Джеймсу не просто нравилась Лили. Это было что-то совершенно иное. Римус хотел задать больше вопросов, но он не знал как - он не был Сириусом, он не мог быть таким наглым.
Когда они вернулись в свою спальню, Сириус мерял шагами комнату, а вокруг кровати Питера были задёрнуты занавески. Можно было сделать вывод, что они не использовали это время, чтобы проговорить свои разногласия.
- Ну? - с энтузиазмом спросил Сириус, когда Джеймс и Римус сбросили мантию.
- Сделано, - просто ответил Джеймс, зевая и направляясь к своей кровати. Он похлопал Сириуса по плечу, когда проходил мимо него. - Наслаждайся своей пятиминутной отсрочкой.
***
И так и продолжился их пранк. Каждую ночь на этой неделе два мародёра спускались вниз в укрытии мантии-невидимки и накладывали чары, чтобы сместить большую стрелку на пять минут пораньше. К утру субботы все часы в Хогвартсе отставали на двадцать пять минут. Пока что никто, похоже, этого даже не заметил, и Джеймс с Сириусом начинали терять терпение.
- Дело в том, - зевал Сириус за завтраком в своей мятой форме для квиддича, сонно моргая, - что мы нихрена не спим на полчаса дольше, правда? Мы же не ложимся спать раньше.
- Нет, ну, не то чтобы это было нашей целью… - сказал Римус, пытаясь сконструировать сэндвич из тостов с вареньем и клубничным джемом.
- И всё равно мне кажется, что мы должны извлекать из этого какую-то выгоду.
- Удовлетворение от хорошо выполненной работы? - сухо ответил Римус и откусил кусок своего творения. Сладкая фруктовая масса вылилась за края корочек хлеба и запачкала его пальцы. Сириус скривился - у него было отвращение к липким вещам.
Однако блеск их гениальности, по всей видимости, не был достаточной наградой для Сириуса. Следующим утром Римус проснулся гораздо раньше своего будильника, и когда он проверил время, он увидел, что сейчас действительно до сих пор было семь утра. Он подошёл к Сириусу и потряс его за плечо.
- Что ты сделал прошлой ночью? - спросил Римус, когда Сириус наконец проснулся. - Это же вы с Джеймсом ходили к часам?
- Просто захотелось поспать подольше, вот и всё…
- На сколько ты сдвинул время?
- Не знаю, на час или два?
- Что?!
- Что?? - Сириус выглядел искренне удивлённым. - Разве не в этом был весь смысл этого пранка?
- Ну… - вздохнул Римус. Да какая разница? Всё равно это не могло продолжаться вечно. - Всё равно это слишком много. Я посмотрю, может, смогу повернуть его немного вперёд сегодня ночью.
Сириус пожал плечами, отвернулся и снова уснул.
Несколько людей прокомментировали, как странно было проснуться зимой в семь утра и обнаружить яркий утренний свет за окном, но раз это всё равно было воскресенье, Римус решил, что им сошло это с рук. Этой ночью Римус и Питер как обычно спустились вниз, и Римус попытался исправить безответственность Сириуса.
- А мы можем сделать так, чтобы в следующую субботу мы проснулись пораньше? - неуверенно спросил Питер - Римус до сих пор не был уверен, что Питер полностью понимал, что они делали.
- Не вижу причин, почему нет, - пожал плечами Римус. - А зачем тебе нужно проснуться раньше?
- В субботу будет поход в Хогсмид, и я собирался встретиться с… эм… да так, ни с кем.
- С кем??
- Пожалуйста, не говори Джеймсу и Сириусу!
- С кем, Пит?
- С Дездемоной Льюис.
- О… нет, я никому не скажу.
Этой ночью Римус вернулся в кровать с тяжёлым сердцем. Ему казалось, что теперь он потерял всех своих друзей - единственным человеком, который не хотел постоянно говорить о своих отношениях с противоположным полом, была Лили. Он чувствовал себя немного виноватым перед ней за то, что ненарочно похерил их работу на Зельеварении.
Справедливости ради, зелья всех одноклассников были похерены.
- Ой-ой… - Профессор Слизнорт почесал голову в полном недоумении от бесполезных готовых зелий, которые у всех получились. - Вы все оставили их томиться на правильное количество времени? Они должны были стоять ровно двадцать четыре часа…
Конечно, все правильно отмерили время. Или думали, что правильно. Во всём этом был виноват Сириус, говорил себе Римус.
Сириус, естественно, считал всё произошедшее крайне забавным, и это лишь вдохновило его принять ещё больший риск. Проблема заключалась в том, что Римус не мог его за этим поймать. Каждый раз, когда наступала очередь Сириуса спускаться и менять время, он делал всё, чтобы пойти либо с Джеймсом, либо с Питером. И когда Римус хотел идти, Сириус сразу шёл на попятную.
- Я знаю, что ты делаешь, - сказал ему Римус, когда они проснулись одним ‘утром’, а солнце уже находилось в самом высоком положении в небе.
- А я знаю, что ты делаешь, - ответил Сириус с ухмылкой. - Пай-мальчик.
Это было правдой - Римус спускался к часам раз в две ночи и пытался исправить тот хаос, что натворил Сириус. Таким образом, к третьей неделе ноября время качалось туда-сюда как сумасшедшее, иногда разница с настоящим действительным временем составляла аж четыре часа. Главная проблема была в том, что Сириус отказывался говорить ему, на сколько минут или часов он менял время, так что Римусу приходилось лишь гадать в своих корректировках.
- Какого чёрта вообще происходит?! - воскликнула Мэри за завтраком после всего трёх-четырёх часов сна - Римус жалел об этом, но это был единственный способ поставить Сириуса на место в его идиотской игре в противостояние.
Завтраки стали крайне странным временем в замке - казалось, что домашние эльфы на кухне больше всех не понимали, что происходит с временным пространством, и спорили друг с другом по поводу того, в какое время какой приём пищи устраивать. Таким образом, омлет подавался на одном столе с пюре и подливкой; ножки ягнёнка появлялись вместе с кукурузными хлопьями, и раз или два все приходили на ужин, а на столах вообще не появлялось никакой еды. Естественно, Сириус и Джеймс наслаждались каждой секундой происходящего.
- Ты о чём? - невинно спросил Джеймс. Сириус вообще не издавал звуков этим утром, лишь зевал и время от времени бросал убийственные взгляды на Римуса.
- Я, что, одна очень плохо сплю? - в отчаянии спрашивала Мэри. Она уже выглядела довольно измотанной - ее тёмные волосы выбивались из неаккуратно заплетённых кос толстыми петлями, ее глаза покраснели и немного опухли. - И что не так с погодой?
- Да, вчера было очень темно, - зевнула Марлин. - А сегодня уже где-то в шесть часов было светло.
- Хогвартс - очень загадочное и мистическое место, - сказал Джеймс. - Кто мы такие, чтобы ставить его внутреннее устройство под вопрос?
А Римус из-за этого всего очень сильно переживал за предстоящее полнолуние. Он думал, что оно должно было наступить довольно скоро, но не знал наверняка. Если Сириус не сбавит обороты, то он может совсем потерять счёт времени, и тогда ему придётся просто запереться в воющей хижине на целую неделю. Он не знал, как объяснить это Мадам Помфри - но если он что-нибудь не сделает, то у него появится риск обратиться в волка прямо где-нибудь посреди замка.