Римус вопросительно на него посмотрел. Ферокс немного расслабился.
- Мне кажется, ты смотришь на злость как на слабость, но это не так. Злиться - это хорошо. И у тебя на это есть чертовски хорошая причина. Ты прав. Нам всем нужно переживать из-за Волдеморта, и из-за Сивого, и из-за всей этой остальной чистокровной толпы. Если министерство собирается относиться к хорошим, умным и разумным волшебникам так, как они относятся к тебе, то у таких людей, как Волдеморт, всегда будут последователи.
Римус в шоке уставился на него.
- Но, - продолжил Ферокс, - также всегда будут люди, которые работают против них. И пока мы продолжаем на них злиться, они не победят.
- Они не победят, - повторил Римус. Обычно ему было стыдно после подобных гневных всплесков, но сейчас ему было спокойней - даже легче.
- И даже на минуту не смей думать, что у тебя дерьмовые перспективы, - выгнул бровь Ферокс. - Если ты думаешь, что Дамблдор горы свернул, чтобы ты получил образование, просто ради того, чтобы ты закончил ничем не лучше, чем сквиб, то ты совсем не знаешь Дамблдора, мальчик мой.
***
Пятница, 20-ое декабря, 1974 год.
Декабрь подходил к концу, ночи становились всё длиннее, замок был поглощён волшебным светом и тяжёлым одеялом снега. Все, казалось, были в более хорошем настроении, чем обычно, и больше, чем когда-либо, хотели отпраздновать рождество. Совы летали над залом со скоростью молний, доставляя упаковки и яркие открытки; учитель Травоведения наложила чары на омелу и плющ, чтобы растения обвивали каждую люстру и все перила в замке; почти каждый вечер Профессор Флитвик разучивал с портретами рождественские песни, и Сириус Блэк закончил этот семестр, с ног до головы укутанный в мишуру.
Вообще-то, это даже не была идея Сириуса - Джеймс это начал, используя долговечное приклеивающее заклинание, чтобы прикрепить мишуру к воротнику и манжетам его мантии, пока тот спал. Но если он думал, что Сириус разозлится, то он сильно ошибался - Блэк влюбился в свой новый прикид и носил его с гордостью. На самом деле, к последнему дню этого семестра как минимум пятнадцать других парней скопировали его стиль, как и группа девчонок, которые с недавнего времени принялись везде за ним ходить.
Похоже, все люди в школе уже знали о Великой Гонке Поцелуев - и это не произвело того эффекта, на который надеялся Римус. В то время как Марлин повела себя разумно и отвергла поползновения Блэка, в их году - и в году перед ними - было полно девчонок, которые надеялись помочь Сириусу выиграть в этом споре. Тот сперва очень забавлялся всей этой ситуацией, но после того, как его уже месяц преследовали хихикающие девочки-подростки и отправляли ему обильно сбрызганные духами любовные послания, не сводя с него глаз ни на секунду, он сделал Мэри своим телохранителем.
Мэри идеально подходила на эту должность - воинственная, готовая высказать всё, что думает, и совсем не заинтересованная в Сириусе.
- Ты такой нытик, - вздохнула она в последний вечер семестра, когда они все вместе сидели перед камином. Джеймс играл с золотым снитчем, который он спёр из запасов для игры в квиддич, пытаясь впечатлить Лили, которая не поднимала головы и поспешно заканчивала писать рождественские открытки.
Питера нигде не было видно, Марлин играла в шахматы с Римусом, и Сириус только что попросил Мэри сесть к нему поближе, опасливо косясь на группу девчонок, которые наблюдали за ним из противоположного угла.
- Я не нытик, - сухо ответил он, ослабляя галстук. - Мне просто нравится моё личное пространство.
- Ты всегда можешь просто засосать кого-нибудь из них, - предложила Мэри, вытягиваясь на диване и закидывая ноги Сириусу на колени. Он ей позволил. - Разве не в этом был весь смысл спора?
- Ну да, - ответил Сириус очень нейтральным тоном. - Но они не должны были об этом знать, я должен был завоевать их своим очарованием и чертовски хорошеньким личиком.
- Ты точно не боишься, а, Сириус? - протянула Мэри.
- Я был бы сумасшедшим, если бы не боялся девчонок, - засмеялся Сириус. - Вы все чокнутые.
- Мэри, какая фамилия у Даррена? - спросила Лили, поднимая голову от своей горы открыток.
- Харви, - ответила Мэри. - Господи, ты же не будешь отправлять ему открытку, правда? Ты его всего раз в жизни видела!
- Приятно получать открытки на рождество, - улыбнулась Лили и продолжила писать поздравления.
- Ладно, хорошо, только не отправляй совой, он маггл.
- А как ты тогда писала ему весь год? - с искренним интересом спросил Римус.
- Я отправляю письма маме, а она подбрасывает их в почтовый ящик. Он живёт напротив нас. И на окраине Хогсмида есть телефонная будка, поэтому несколько раз мы созванивались.
- Я не знал, что там есть телефонная будка!
- Да, она довольно древняя… одна девчонка из Когтеврана сказала мне, что в войну она была портключом, но до сих пор работает, - она снова потянулась. - Я уже не могу дождаться, чтобы его увидеть, - вздохнула она. Сириус спихнул ее ноги, притворяясь, что наклонился, чтобы посмотреть игру в шахматы.
- Где ты будешь на рождество, Римус? - спросила Лили, облизывая свой последний конверт. - Надеюсь, не здесь останешься?
- Люпин и Блэк снова приедут ко мне, - вместо Римуса ответил Джеймс. Лили бросила на него испепеляющий взгляд.
- А, конечно.
Римус, на самом деле, очень сильно хотел поехать к Поттерам. Он останется у них всего на неделю, потому что полнолуние выпадало на двадцать девятое, но это было не страшно - он просто ждал не дождался всех подарков, украшений и еды миссис Поттер.
- Я умираю с голоду, - лениво зевнул Сириус. - Где Пит? Может, отправим его на кухню вместо нас?
- Кстати, я понятия не имею, где он, - сказал Джеймс. - Не видел его с ужина.
- Может, он собирает вещи? - предположила Лили.
- Пойду проверю, - Римус поднялся и потянулся. - Я тоже хочу есть, мне кажется, у меня в чемодане остались котелковые кексы…
- Да что ты говоришь… - Сириус тоже поднялся и пошёл за ним. Римус вздохнул. Сириус половину своего времени проводил, выпрашивая у них сладости. Не то чтобы он не делился своими - просто у него они очень редко появлялись.
Питера не было в их комнате, но вот котелковые кексы были.
- Интересно, что с ним случилось, - Римус почесал затылок.
- Проверь карту, - предложил Сириус с полным ртом, разбрасывая вокруг себя крошки. Римус выгнул бровь, но ничего не сказал и достал карту из прикроватной тумбочки.
Он наложил отслеживающие чары, и карта быстро отобразила небольшой флажок с именем ‘Питер Петтигрю’. Похоже, он сейчас был в кладовой для мётел рядом с классом Чар.
- Што он там дел-т? - пробормотал Сириус, запихивая ещё один кекс себе в рот. На этот раз Римус цокнул и свернул карту.
- Не знаю. Думаешь, кто-нибудь из Слизерина его схватил?
- Может быть? - Сириус сглотнул. - Если они наложили на него связывающие чары, то он может там всю ночь проторчать. Пойдём заберём его.
- Позвать Джеймса?
- Э… - Сириус глянул на дверь, и Римус прочитал на его лице, что он до смерти боялся проходить мимо шайки девчонок, которые поджидали его внизу. - Не, давай просто возьмём мантию и проберёмся тайком - мы быстро, да и всё равно только мы вдвоём поместимся под мантией.
Римус пожал плечами, чтобы показать своё согласие. Если они быстро вызволят Питера, то, может, после этого они смогут заглянуть на кухню. Сириус доел все его котелковые кексы.
Они вместе забились под мантию и поспешили вниз, мимо девчонок и Джеймса и через дыру за портретом.
- Чёртов Питер, как всегда, - фыркнул Сириус себе под нос. - Четыре года в качестве мародёра и до сих пор не может наложить ни одного оборонительного заклинания.
- Может, они напали на него со спины, - возразил Римус. - Или, может, их было много.
Он не знал почему, но он обожал возражать Сириусу. Джеймс называл это препирательством, но Сириус никогда ничем не показывал, что ему это не нравилось. Так они и шли, через тёмные каменные коридоры по направлению к классу Чар.