- Пару раз, - пожал плечами Грант. - Не слишком много. А ты?
- Никогда! - в шоке ответил Римус. - Я даже не…
- О бедняга, - легко засмеялся Грант и взъерошил кудряшки Римуса. - Ты не знал.
Римус покачал головой, его уши загорелись. Грант цокнул языком.
- Никогда не засматривался на другого парня слишком надолго? У тебя никогда не было этого чувства к какому-нибудь актёру или учителю?
- …О боже, - ужаснулся Римус, когда воспоминания о Фероксе затопили его сознание. Грант снова засмеялся.
- А я думал, вы там все такие, ребятки из частной школы.
Римус лишь снова покачал головой в неверии, задумавшись, было ли ещё что-нибудь, чего он не знал о себе.
С приближением сентября Римус понял, что он пытается игнорировать это. Он чувствовал себя виноватым за то, что не переживал из-за войны всё лето, что отвлёкся на свои эгоистичные потребности, особенно в такое время. Но в то же время ему казалось, что ему больше никогда может не представиться такая возможность.
Остальные мародёры слали ему письма, как и все предыдущие годы - Римус послушно писал ответы, не желая их волновать. Он абсолютно ничего не говорил о Гранте. Он не знал, что сказать, уверенный, что если его ручка прикоснётся к бумаге, то он расскажет абсолютно всё, и они больше никогда с ним не заговорят. Или хуже; они попытаются понять его и никогда больше не смогут встретиться с ним взглядом.
Это было с одной стороны. А с другой стороны, Римусу просто нравилось держать всё в секрете. Мародёрам не обязательно было знать о нём всё, и ему можно было заводить других друзей, разве нет?
========== Пятый год: Серебро ==========
Hey, hey mama said the way you move -
Gon’ make you sweat, gon’ make you groove.
Ah ah child way ya shake that thing -
Gon’ make you burn, gon’ make you sting.
Hey, hey baby when you walk that way -
Watch your honey drip, I can’t keep away…
Эй эй девчонка сказала: ты так двигаешься -
С тебя пот градом будет лить, доведу тебя до экстаза.
А а, милая, как же ты ею трясёшь -
Заставлю тебя гореть, тело будет ныть от боли.
Эй эй, детка, когда ты так дефилируешь -
Смотреть на тебя - сказка, я не могу оторваться…
Понедельник, 1-ое сентября, 1975 год.
Римус неловко поёжился в ожидании подходящего момента, чтобы побежать в разделительную перегородку. Он был рад, что в этом году Надзирательница не поехала вместе с ним. Рад, что у него было время в одиночестве, чтобы подготовиться. Грант хотел поехать с ним, но Надзирательница не разрешила, да и не стала бы платить за транспорт в любом случае.
Они успели быстро попрощаться в закрытом туалете приюта - в одном из многих мест, где они прятались. Ни один из них не сказал того, что хотел - они вообще почти не говорили - но за несколько минут до ухода Римус пообещал, что постарается писать.
- Я ужасно пишу, - заныл Грант. - Можешь дать мне номер телефона?
- Э… это очень старая консервативная школа. Нам нельзя использовать телефон, - наплёл Римус. Он думал, что в Хогсмиде может быть телефонная будка, или, может, в следующей деревне, которая не была полностью волшебной. Он мог бы попытаться.
Теперь, нацелившись в серый разделительный барьер, он начал бежать с привычным ощущением, что он покидал маггловский мир - и всех людей в нём - ещё на один год. Гранта не существовало на той стороне перрона. Гранта никогда не существовало. Римус снова был прежним Римусом.
Ничего не изменилось, говорил себе он. Всё точно так же. Надзирательница не стала настаивать, чтобы он обрезал свои волосы, так что в этот раз он не начинал новый учебный год похожим на гопника. Он снова вырос - иногда он задумывался, перестанет ли он вообще расти - но помимо этих глупых поверхностных вещей всё было как прежде. Как должно было быть.
Никто ничего не заметит, потому что нечего было замечать, упрямо твердил себе Римус. Совершенно нечего. Он рассеянно почесал затылок, затем вспомнил, что пальцы Гранта были там всего пару часов назад, и смущённо вытер губы. Дерьмо.
- Как дела, дрочила?! - Джеймс из ниоткуда хлопнул его по спине.
- Джеймс, следи за языком! - прикрикнула миссис Поттер, стоя у него за спиной. Она солнечно улыбнулась Римусу. - Вы только посмотрите! Ты снова подрос! - она притянула его в объятие. - Но до сих пор слишком худенький на мой взгляд! - она начала разглаживать его одежду, заваливая его вопросами - у него была с собой какая-нибудь еда в дорогу? Он приехал один? Помочь ли ему затащить вещи на поезд?
К концу этого материнского посягательства Римус улыбался от уха до уха и расслабился с мыслью, что всё действительно было в порядке. Всё было как всегда. Он счастливо забрался в поезд с Джеймсом и Питером, болтая о каникулах и о предвкушении нового учебного года. У Джеймса на груди красовался серебряный значок в форме большой буквы К (Римус почувствовал этот запах в ту же секунду, как Джеймс приблизился к нему, и он раздражал его нос с того момента). Его самая заветная мечта исполнилась, и теперь он стал капитаном команды по квиддичу.
Они уселись в своём привычном купе, и Римус достал книгу из сумки с довольным вздохом.
Всё было нормально.
А потом в купе вошёл Сириус, и желудок Римуса провалился сквозь землю.
Он был почти таким же, как и всегда - теперь он был почти такого же роста, как Джеймс, и стал шире в плечах. Его челюсть заострилась, и, возможно, нос стал чуть длиннее - но у него были те же самые блестящие чёрные волосы, те же самые цепляющие глаза и высокие скулы.
Он всё ещё был Сириусом, но он был каким-то… другим. Как будто Римус смотрел на него новыми глазами. Внезапно из ниоткуда в его груди поднялась волна желания и осталась на его щеках густым румянцем. Он быстро отвернулся, пока никто не заметил.
- Джентльмены, - грациозно кивнул Сириус, заходя внутрь словно принц.
- Привет! - воскликнули Джеймс с Питером, а Римус пролепетал.
Сириус сел прямо напротив Римуса, его волосы и форма были в нарочном беспорядке - несомненно, чтобы выбесить Вальбургу Блэк - и вытянул ноги вперёд, будто не ожидал, что они окажутся такими длинными. Их щиколотки задели друг друга, и Римус резко сел прямо и тщательно убрал свои ноги под своё сиденье. Сириус странно на него посмотрел и ухмыльнулся так, что у Римуса что-то потянуло внизу живота.
О боги, подумал он, нет нет нет!
- Я уже думал, что ты не придёшь, - сказал Джеймс с облегчением.
- Нельзя допустить, чтобы наследник Блэков не появился в школе в первый учебный день, - Сириус закатил свои синие глаза и выгнул аккуратную бровь. - Нельзя допустить, чтобы весь волшебный мир знал, что в моей благородной семье есть конфликты.
- Как ты? - серьёзно спросил Джеймс. - Они тебя… как ты?
- Нормально, - слегка зажато кивнул Сириус. - Не хочу сейчас об этом говорить. Давайте притворимся, что это нормальный первый день?
- Да, как скажешь, брат, - неубедительно кивнул Джеймс. - Пит как раз рассказывал нам про Калифорнию.
- Мы не смогли найти Фил, - сказал Питер. - Ее соседи по квартире сказали, что она переехала. Мы везде искали. Мама была… ну, она очень расстроилась, это было дерьмово.
Римус почувствовал укол вины. Уже прошло столько времени, но однажды он сказал Филомене, что она может сбежать, если хочет - ‘никто не заставляет тебя использовать магию’. После своего собственного безмятежно простого и не магического лета Римус даже позавидовал сестре Питера.
Поезд начал отъезжать от перрона, и вскоре они неслись мимо серых зданий Лондона, на смену которым пришли зелёные поля и редкие деревни.
- Как прошло твоё лето, Лунатик? - вдруг спросил Джеймс, и Римус осознал, что Питер закончил говорить какое-то время назад.
- Да нормально, - он практиковал эту реплику в своей голове по дороге к Кингс Кросс. Но он не рассчитывал, что Сириус будет выглядеть так… ему было трудно оставаться сфокусированным. - Как обычно. Ничего интересного. Эм. Футбол, домашка. Э… да, нормально. Не отлично, конечно. Но… эм, нормально, неплохо. Нормально.
К счастью, дверь в купе распахнулась и прервала херню, которую он нёс. Лили Эванс стояла в дверях и радостно улыбалась. Ее волосы светились в солнечном свете словно огненный нимб.