- Маме это не понравится, - Джеймс закусил губу.
- Тогда просто не говори ей, - Сириус перевернул страницу.
Джеймс и Римус переглянулись. Им необходимо очень скоро сделать что-нибудь с его помолвкой; мысль о том, что Сириус будет ходить в таком настроении ещё пять лет, их совсем не радовала.
========== Второй год: Декабрьская Луна ==========
Хогвартс Экспресс отправился со станции в Хогсмиде навстречу рождеству в субботу 16-ого декабря в этом году, что означало, что как только полнолуние останется позади, Джеймсу, Сириусу и Римусу придётся добираться до дома Поттеров каким-то другим способом.
Макгонагалл, после того как прочитала Римусу лекцию о том, как важно не рассказывать ещё большему количеству учеников о его секрете, сжалилась над мародерами и позволила им использовать дымолётный порошок в ее кабинете ‘только на этот один единственный раз’. Римус не имел ничего против ее лекции, но ужасно боялся использовать дымолётный порошок впервые в своей жизни. Другие ребята рассказывали ему всевозможные ужасные истории об этом, и к тому же, его всё равно немного подташнивало ещё несколько дней после полной луны.
Сириус получал по громовещателю каждое утро, начиная с 16-ого числа, которые требовали, чтобы он сейчас же вернулся домой, но он просто выбрасывал красные конверты в камин, где крики Вальбурги Блэк эхом разносились по дымоходу. Джеймсу такое поведение явно не нравилось, но он ничего не говорил по этому поводу. В последнее время Сириус всегда был готов поругаться с полувзгляда, так что лучше было просто сидеть и не рыпаться. К сожалению, с приближением полной луны нервы Римуса тоже были на пределе. Они с Сириусом спорили по любому поводу и без, и бедному Джеймсу не единожды приходилось становиться голосом разума.
- Просто ответь ей уже, господи боже, - прорычал Римус утром 20-ого числа, кидая в Сириуса подушку со своей кровати. Его уже третье утро подряд будил громовещатель ни свет ни заря.
- ‘ЕСЛИ ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО МОЖЕШЬ ИЗБЕЖАТЬ СВОИХ СЕМЕЙНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ ТАКИМ ТРУСЛИВЫМ СПОСОБОМ, ТО ТЫ СЕРЬЁЗНО ОШИБАЕШЬСЯ!’ - вопил он как банши, разнося крики по всей гриффиндорской башне.
- Не лезь не в свое дело, Люпин, - Сириус запустил подушку обратно в него.
- Как мне не лезть не в свое дело, если это дело вопит в нашей гребаной спальне каждое утро?! - зарычал Римус, вскочив на ноги.
- Мне так жаль за доставленные неудобства! - ответил Сириус, его слова полные сарказма. Он выглядел не очень, будто практически не спал этой ночью, но у Римуса было слишком плохое настроение, чтобы переживать из-за этого, да и до его трансформации оставалось всего лишь несколько часов.
- Не пробовал не вести себя как избалованный мудак хотя бы пять минут?! - огрызнулся он. - Ты, блять, такой эгоист.
- Я не прошу ее их мне отправлять! По крайней мере, мне хотя бы присылают письма, по крайней мере, хотя бы кто-то переживает обо мне, в отличие…
Римус набросился на Сириуса с кулаками и начал бить его изо всех сил, ослепленный яростью.
- ЗАТКНИСЬ! - прорычал он, отправляя неплохой такой удар прямо в левую скулу Сириуса. Тот хоть и мог искусно обмениваться оскорблениями, хорошо драться никогда не умел. Он громко задохнулся от боли, попытался отпихнуть Римуса от себя и наконец дотянулся до своей волшебной палочки.
- Мордео! - шикнул он, направляя ее Римусу в лицо. Римус тут же отпустил его и упал на кровать, прижимая руки ко лбу. Ужасное неприятное ощущение исходило волнами из того места, куда отправил проклятие Сириус.
- Ты, сволочь! - закричал он, чувствуя, как его кожа сжимается, и лицо начинает раздуваться.
- Ты заслужил!
- Сириус! - Джеймс слишком поздно слетел со своей кровати. - Ты его проклял?! Ты, блять, его проклял?!
Сириус уже не казался таким уверенным в себе.
- Он это начал!
- У него даже не было палочки в руках!
Римус сполз со своей кровати и уставился в зеркало на шкафу. Он выглядел так, будто прокатился лицом по бушующему пчелами улью. Его кожа покраснела и блестела, раздуваясь с пугающей скоростью.
- Тебе больно? - осторожно спросил Джеймс.
Римус покачал головой, хотя ему было больно - и сильно.
- Я пойду в больничное крыло, - сказал он. - Не иди за мной, - огрызнулся он, заметив, что Джеймс потянулся за своей мантией. Выскочив из комнаты в своей пижаме, он услышал, как Джеймс пробормотал Сириусу:
- Атаковать невооруженного человека просто, блять, низко, Блэк.
***
Мадам Помфри быстро вылечила его, использовав обратное заклинание, но ей это очень не понравилось.
- Кто это сделал? - спросила она. - Если это был Поттер или Блэк, то я должна об этом знать! Я говорила Минерве, что нельзя отпускать тебя на рождество.
- А это-то тут причём? - обиженно спросил Римус. - Сириус же едет!
- Но у мистера Блэка нет твоих ограничений.
- Но мы и не собираемся уезжать до завтра, это будет сразу после полнолуния, это самое безопасное…
- Я думаю о твоем здоровье, Римус! Ты очень уязвим…
- Я не уязвим! - кипел Римус.
- Ну конечно, нет, дорогой, - сказала она, не то чтобы слушая его. - А теперь посиди тут тихонько, ладно? Ты позавтракал?
Мадам Помфри заставила его просидеть в больничном крыле весь день в одной пижаме. Медсестра работала над новым зельем, которое, как она надеялась, могло помочь сгладить его трансформацию. Она разрешила ему взять несколько своих книг, так что всё было не так уж плохо, но он всё равно чувствовал себя инвалидом. Его лицо до сих пор немного покалывало после проклятия Сириуса, хотя опухоль уже давно сошла на нет. Такое проклятие было бы неплохо использовать на Снейпе, он сделал мысленную заметку спросить Сириуса, как он ему научился.
Около часа дня, сразу после обеда, его пришли навестить Джеймс и Сириус. Мадам Помфри первым делом хорошенько их отчитала.
- Проклясть своего товарища по факультету! Проклясть своего соседа по комнате, бога ради! Во времена моего обучения вас бы выпороли! И Профессор Макгонагалл сказала мне, что вы прекрасно знаете о его особых обстоятельствах! Я ожидала от вас более разумного поведения!
Джеймс прилежно сыпал извинениями, пока Сириус, который даже не вздрагивал от кошмарных оскорблений от своей матери, опустил взгляд, совершенно пристыженный взрослой ведьмой. В конце концов, школьная медсестра, казалось, осталась довольна своей лекцией и позволила им пройти к Римусу. Они встали у изножия его кровати словно мученики, не встречаясь с ним взглядом.
- Нам очень стыдно, Римус, - начал Джеймс. Римус цокнул языком.
- Ты ничего мне не сделал.
Джеймс пнул Сириуса, который тоже поднял голову.
- Прости меня, Римус, мне очень стыдно, - на его левой щеке красовался большой тёмный синяк, и его глаза блестели слишком ярко, что заставило Римуса задуматься, не плакал ли Сириус из-за этого. От этой мысли у него возникло какое-то странное ощущение в груди. Он покачал головой, вся злость испарилась как не бывало.
- Я сам начал. Мне жаль, что я ударил тебя.
- Мне жаль за громовещатель.
- Мне жаль, что твоя мама - просто кошмар.
- Мне жаль, что ты оборотень.
Они оба рассмеялись, и всё было прощено.
- Теперь она тебя отпустит? - спросил Джеймс. - До полнолуния осталось всего несколько часов.
Римус покачал головой.
- Неа, она хочет попробовать какое-то новое зелье.
- Я не знал, что существует противоядие!
- Не существует, - быстро сказал Римус. - Это просто… я думаю, это чтобы сделать обращение, ну… легче.
Они оба непонимающе посмотрели на него. Он неловко поёжился под их взглядами.
- Что-то вроде обезболивающего, наверное. Маггловские лекарства не работают.
- Так тебе больно? - спросил Сириус, наклонив голову на бок. Теперь, когда шторм закончился, он снова смотрел на Римуса как на интересную зверушку.