Он просто умирал с голоду, но не смог заставить себя поесть. Вместо этого он сел на свой диван и дождался, пока его запрут внутри, жалея, что здесь не было ни лучика света. Римус подумал о пире в большом зале - его любимая часть первого вечера в Хогвартсе, если не считать возможности поспать в своей большой удобной кровати. И ничего из этого он сегодня не получит.
Он почуял запах кролика снаружи среди травы, и его желудок громко заурчал. Он снова посмотрел на сэндвич и подумал, не съесть ли всё-таки его, но когда боль прострелила его лопатки, он осознал, что затянул это решение слишком надолго; волк был на подходе.
***
Понедельник, 2-ое сентября, 1974 год.
Вы можете подумать, что голодному оборотню может весьма понравиться сэндвич с курицей, но, по всей видимости, он жаловал только сырое мясо, потому что Римус очнулся и обнаружил, что его скромный ужин остался нетронутым, а его руки и ноги были изрезаны в полоски. Он тяжело вздохнул, поднялся на ноги и снова сел на диван. Его бедро уже в третий раз вывернулось под странным углом, и его хромота едва позволяла ему идти. Похоже, он вывихнул левое плечо - спасибо вселенной, что не правое, потому что его впереди ожидало много домашней работы.
Закрыв глаза, Римус откинулся назад и принялся ждать Мадам Помфри. За заколоченными окнами занимался рассвет, и мародёры будут спать ещё как минимум несколько часов, только если Джеймс не решит полетать перед уроками. Римус знал, что Харприт Синг учился в Хогвартсе последний год, а значит, позиция капитана команды по квиддичу будет открыта в следующем году, и Джеймс не собирался расслабляться.
- Акцио сэндвич, - выдохнул Римус, нашарив свою палочку под кроватью. Тарелка полетела к нему с такой скоростью, что врезалась в стену со всего размаха и разбилась на кусочки в сантиметрах от его головы. Застонав, Римус смахнул с себя осколки фарфора и с голодом накинулся на заветренный хлеб.
Вскоре пришла Мадам Помфри и залатала его, прежде чем отвести обратно в замок. Он настоял пойти пешком, а не лететь на магических носилках.
- Всё, правда, не так плохо, - убеждал ее Римус. - Вы отлично поправили мое плечо… мне кажется, я спокойно могу идти на уроки.
- Мне не нравится, как ты хромаешь, - ответила она. - Сперва больничное крыло, а потом посмотрим, как ты будешь себя чувствовать к обеду.
- Но это же первый день… - он знал, что он уже перешёл на нытьё, но он обязан был попытаться.
- Мне жаль, Римус. Да и вообще, только посмотри на себя, ты валишься с ног. Поспишь пару часов, и тебе полегчает.
К негодованию Мадам Помфри, Джеймс, Питер и Сириус уже ждали Римуса около больничного крыла - а значит, сон придётся отложить на неопределённое время.
- Как Джеймс разбудил вас так рано? - ухмыльнулся Римус.
- Это было нелегко, - ухмыльнулся в ответ Джеймс, пока Сириус прятал зевок у него за спиной. - Мне пришлось прибегнуть к угрозам применения насилия.
- И настоящему насилию, - сказал Питер, потирая очень красную руку.
- Ты в порядке, Лунатик? - спросил Сириус, усиленно моргая, будто пытаясь заставить себя оставаться начеку.
- Нормально, спасибо, - кивнул Римус, пока Мадам Помфри запихивала его в палату.
Мародёры терпеливо подождали, пока Римус наденет пижаму за белой занавеской и заберётся в кровать в дальнем конце палаты.
- Пять минут! - рявкнула Мадам Помфри, поднося ему снотворное зелье. - Ему нужно отдыхать, мальчики.
- Мы всё равно не можем остаться надолго, - сказал Джеймс. - Уроки и всё такое. Мы принесли тебе твоё новое расписание, Лунатик, - он передал ему лист пергамента.
Римус внимательно его изучил. Уроки Ферокса стояли в конце недели, так что хотя бы их он не пропустит. Но сегодня у него была Макгонагалл, и Руны, и История.
- Вы можете… - начал он.
- Мы запишем твою домашку, Лунатик, не переживай, - с усмешкой сказал Сириус. - Приятно видеть, что ты снова вернулся в нормальное состояние.
- Ага, - Римус выгнул бровь и вытянул голую руку, чтобы показать свежие шрамы от когтей. - Я прямо олицетворение нормальности.
***
Ему действительно стало лучше, когда он наконец поспал. В нём до сих пор ярко плескалась та злость, которая разрывала его последние несколько месяцев - но в каком-то небольшом смысле она изменилась, и теперь он мог думать о других вещах. В Хогвартсе он чувствовал себя более способным контролировать свой нрав, он чувствовал себя приземлённым и более адекватным. Хоть ему и не нравилось признаваться в этом самому себе, но Римус начинал ощущать волшебный мир своим домом больше, чем маггловский.
Вдобавок ко всему, он на удивление очень хорошо себя чувствовал после того, как отдал Сириусу вырезки из газет. Они всё лето прожигали дыру в его кармане, и он был рад от них избавиться; поделиться своим секретом с кем-то ещё.
Помфри разрешила ему уйти перед ужином, и он постарался проскользнуть в большой зал как можно незаметней. Однако его план был сорван, когда на него налетели три эмоциональных девчонки.
- Риииииииииимус! - завопили они и сжали его в крепком объятии.
- Привет! - выдохнул он, пытаясь не дёргаться, когда Марлин сжимала его едва зажившие рёбра.
- Мы не видели тебя в поезде! - сказала Мэри.
- И тебя не было на Рунах! - добавила Лили.
- Хорошо провёл каникулы? - спросила Марлин слегка приглушённым голосом из-под руки Мэри.
- Да, просто отлично, спасибо! - Римус поправил свою одежду, когда они наконец отпустили его, отступили на шаг и не могли перестать ему улыбаться. - Мне было нехорошо, но теперь всё нормально. А как ваши каникулы?
- Отлично! - Мэри потянула его к столу Гриффиндора, откуда мародёры уже наблюдали за ними со смесью насмешки и зависти. Он беспомощно пожал им плечами, пока его насильно усаживали на скамью. - Это ты ещё не слышал, чем мы с Дарреном занимались…
- Не за ужином! - устало перебила Лили. - Римус не хочет слушать, чем ты занималась со своим парнем!
Римус распахнул глаза - он определённо точно не хотел это слушать - и бросил Лили благодарный взгляд, и она улыбнулась ему в ответ.
Все девчонки выглядели немного по-другому. Римус теперь был таким высоким, что почти не замечал, как росли другие люди, но Марлин, Лили и Мэри явно повзрослели. Они больше не выглядели как те дети с первого года, которыми их помнил Римус, теперь они напоминали ему тех девчонок, вслед которым свистели Стив и его шайка, когда они выбирались в город. Особенно Мэри в какой-то момент отрастила значительные выпуклости в области груди, и Римус не мог не заметить, что половина пацанов с их стола не могли отвести взгляда от выреза ее школьной белой рубашки.
- Эй, дамы, - крикнул Сириус со своего места чуть дальше. - Можно нам обратно нашего Лунатика, пожалуйста?
- Нет, - ответила Мэри и высунула свой розовый язык. Она повернулась обратно к Римусу. - Мне очень нравится твоя причёска! Авни сказала, что она видела тебя в поезде, и ты выглядел как скинхед - ты же не вступил по-настоящему в преступную банду, правда?
Римус пожал плечами. К счастью, в этот момент на столах появилась еда, что отлично всех отвлекло. К несчастью, девчонки не были похожи на парней, когда дело касалось еды - в то время, как мародёры бы просто набросились на еду, не поднимая голов, пока не доедят, Лили и Марлин же просто медленно ковырялись в своих тарелках, болтая о школе и обсуждая, кто с кем встречается, и своих любимых актёров.
- А Марлин нравится Слизеринец, - хитро сказала Мэри.
- А вот и нет, - Марлин залилась румянцем.
- А вот и да, я видела, как ты пялилась на него на Зельеварении!
- Мы, что, снова ходим на Зельеварение со Слизеринцами? - спросил Римус с упавшим сердцем.
- Ага, - радостно сказала Лили. - Мне кажется, так даже лучше, ты так не думаешь? Слизнорт всегда более детально объясняет зелья, когда в классе его собственный факультет.
- Ах, да, я забыла, - Мэри выгнула бровь. - Лили уже несколько лет влюблена в Слизеринца.
- Северус - мой друг, - грозно ответила Лили. - А ты просто помешалась на парнях, понятно?