И на кону стояло очень много. Если победим мы, то я, Белостенный, Тараканов и Капустин уже в этом сезоне вольёмся в основу кондрашинской дружины. Проиграем, то ещё год моим юным товарищам придётся выступать только на первенство города. Да и меня могут сплавить в Первую лигу, в ленинградский клуб СКА.
Поэтому накануне важнейшего поединка я парням показывал медленно и детально два полезных баскетбольных элемента: евростеп и аллей-уп. Кстати, аллей-уп с Сашей Белостенным получался просто на загляденье, как в учебнике по баскетболу. Он легко взлетал, доставая головой до дужки кольца, которое, между прочим, крепилось на высоте 3 метра 5 сантиметров, и весело вколачивал мячи в корзину после наших навесных передач. К сожалению, Тараканову и Ермолинскому для этого элемента высоты прыжка немного не хватало. Из-за чего я сразу же сказал, что аллей-уп в завтрашнем матче будут исполнять только два человека — я и мой друг Белый.
— Даже не думайте его применять! — проворчал я, погрозив кулаком своему баскетбольному «пионерскому отряду».
— А если мы будем вести 20 очков, и тогда нельзя? — пропищал Гена Капустин.
— Если мы на двадцатку обуем Белова и его компанию, то тогда делайте что хотите, только голыми по площадке не бегайте, — улыбнулся я. — Теперь переходим к евростепу. Белый, защищай кольцо, — попросил я Сашу Белостенного.
Затем я взял мяч и от центральной линии повёл его прямо на кольцо. А за три метра до своего юного друга я этот мяч схватил в руки, сделал резкий шаг в правую сторону. И через мгновенье, когда Саша тоже сместился чуть правее, чтобы преградить мне путь, резко ушёл влево и левой же рукой забил мяч с отскоком от щита.
— Когда исполняешь первый шаг, то центр тяжести должен быть смещён в ту строну, куда ты собираешься перейти, — сказал я и медленно попрыгал с ноги на ногу. — Давай, Тарик, повтори.
Я отдал мяч Сергею Тараканову и теперь уже сам встал на защиту своей баскетбольной корзины. Тараканов в свою очередь постучал мячом в пол, мысленно прокручивая в голове, показанные мной движения, и через секунду пошёл прямо на меня. А когда пришло время делать евростеп, Тарик так нелепо показал обманный шаг, что я успел выбить мяч из его рук в поле.
— Для первого раз сойдёт, — хмыкнул я. — Капуста, давай.
Далее я отдал мяч Гене Капустину. Но и он с непривычки этот приём полностью запорол, убежав куда-то в край площадки. Саша Ермолинский вообще воткнулся в меня как в стену. Только у Белостенного получилось нечто похожее. Правда он не смог отправить мяч точно в цель. И уже это я счёл за прогресс, подумав, что завтра от непривычного евростепа всё же придётся отказаться. Однако спустя полчаса, после всего десяти попыток, каждый из моих «пионеров» выполнил этот финт на четыре с плюсом. Ещё раз подтвердив теорию, что в молодом возрасте новые знания приобретаются гораздо проще и быстрее, чем по достижению определённого солидного возраста.
— Слушай, Майк, а я не понял, мы завтра что — будем играть впятером? — спросил Серёжа Тараканов, когда я объявил небольшой перерыв. — У нас тут ещё парни живут: Никита Ванькаев и Серега Алексеенко.
— Нет, мужики, весь смысл в том и заключается, чтобы обыграть Кондрашина впятером, — помотал я головой. — Тогда Петрович будет просто обязан нас всех включить в основной состав.
— И меня? — спросил Саша Ермолинский, которому только в ноябре исполнялось 16 лет.
— А тебя, мой друг Александр, возьмут в ленинградский СКА, — уверенно ответил я. — Первая лига — это гораздо лучше, чем первенство города. А за год ты возмужаешь, обрастёшь мясом и тогда уже мы все вместе будем крушить ЦСКА и другие советские клубы.
— А если мы по физике просядем? Сорок минут бегать — это не шутка, — разволновался Гена Капустин.
— Не просядем, Геннадий. Если будем по-умному чередовать быстрые взрывные отрезки матча и медленную игру пешком, то всё будет хорошо, — усмехнулся я. — Если играть с головой, то сорок минут — это не проблема. Согласен, что завтра «старички» дадут нам бой, и завтра победить так легко, как в прошлый раз не получится. Но я просто нутром чую, что завтра мы основательно пошумим.
— Твои слова, Майк, да Богу в уши, — хмыкнул Тараканов и предложил вернуться к изучению евростепа.
На следующий день, в четверг 9-го октября, в тренировочном зале на Вязовой улице как-то вдруг вне графика случилось самое настоящее столпотворение. Посмотреть на битву талантливой молодёжки против действующих чемпионов СССР пришли многие знатоки ленинградского баскетбола, среди которых были бывшие игроки «Спартака», а также тренеры разных команд города. Правда Кондрашин очень долго возмущался, что на тренировочный матч явилось слишком много посторонних, но выгнать из зала своих друзей и коллег не решился. Кроме того, на игру проникли и девушки баскетболистки разных возрастов из нашего же спартаковского спортобщества. Таким образом у нас появились свои персональные болельщицы: Маша, Оксана и Лена. Кстати, рыжеволосой красавице Маше я уже пообещал поход в кино, если мы конечно победим.