Не скрою, меня это попадание тоже задело за живое. Так как я был человеком не гордым, но самолюбивым. Из-за чего в следующей нашей атаке я шмальнул с семи метров и уложив мяч в самый центр кольца. Счёт сделался — 26:22 и трибуны просто взревели: «даваааай!», требуя продолжения огненной перестрелки. И она не заставила себя ждать. Новая атака сборной СССР, новый выстрел Белова и… и мяч, попрыгав по дужкам кольца, свалился в поле.
Первым на подбор успел наш Саша Белостенный. Он одним движением руки откинул мяч Тараканову. Тарик в касание сделал пас на Макеева. Макей тоже без промедления отдал передачу мне. Я же счёл разумным бросить в быстрый отрыв Гену Капустина, тем более он уже практически добежал до противоположного кольца.
— Лови! — рявкнул я и одной рукой метнул мяч прямо к чужому баскетбольному щиту.
Капустин только успел повернуть голову, как баскетбольный снаряд буквально приземлился в его руки. А дальше всё было делом элементарной техники. Рабоче-крестьянский бросок от «забора» и счёт уже — 28:22.
— Мо-ло-дцы! Мо-ло-дцы! — принялся скандировать переполненный «Юбилейный».
На ноги встала даже большая группа почётных гостей, которые занимали самые лучшие места в этом зале. А Кондрашин тихо чертыхнулся и убрал с паркета Ивана Едешко и Сергея Белова. Последний, уходя на замену, притормозил около меня и спросил:
— Ты откуда такой взялся, парень?
— Из тех же ворот, что и весь народ, Сергей Саныч, — улыбнулся я. — Извините, если что нет так.
— Мы ещё посмотрим — чья возьмёт? — прошипел он и посеменил на лавку.
Петрович же бросил в бой свежую пару баскетболистов: разрывающего ЦСКА, Валерия Милосердова, и своего нового снайпера — лёгкого форварда киевского «Строителя», Александра Сальникова. Я читал, что этому 26-летему усатому серьёзному мужчине принадлежал рекорд результативности — 66 очков в одном матче. Правда прошлый сезон Александр Петрович провёл в ЦСКА, где у него совершенно не пошла игра. Но в этот новый сезон он входил совсем с другим настроением.
— Хотят взять нас измором, — тяжело дыша, сказал мне Серёжа Тараканов.
— До перерыва шесть минут мы как-нибудь дотянем, затем передохнём, выпьем, покурим, сыграем в домино, а потом у нас откроется второе дыхание, — хохотнул я. — Кстати, Тарик, ты теперь отвечаешь за Сальникова.
— Ясно, — тяжело вздохнул мой юный друг.
Далее я окинул взглядом новый состав сборной СССР: Жармухамедов, Жигилий, Сальников, Арзамасков и Милосердов, и подумал, что второго дыхания у нас может и не открыться. Загоняет нашу баскетбольную дружину хитрый Владимир Кондрашин и дожмут нас лучшие баскетболисты страны в самой концовке встречи. Затем я покосился на наших невесёлых запасных: Павлова, Яковлева и Кузнецова и решил, что без них нам сегодня не победить.
Новый ассистент Кондрашина, Юрий Штукин, понятия не имел как руководить своими юными подопечными. Поэтому в этой интереснейшей игре он больше наблюдал и действовал по принципу — главное не навредить. И пока, за минуту до перерыва, всё складывалось лучше некуда. Его «Спартак» уверенно переигрывал сборную СССР со счётом 45:35. А зал в буквальном смысле слова ревел от восторга. Особенно зрители громко реагировали на дальние попадания новенького игрока, Михаила Юрьева, которого все молодые на американский манер — Майк.
Только Штукин своим опытным намётанным баскетбольным взглядом понимал, что долго так продолжаться не может. Основная пятёрка его команды, Белостенный, Тараканов, Макеев, Капустин и Юрьев, отыграла без замен практически весь период и многие ребята в данную секунду еле-еле дышали. И когда Сергей Белов легко забросил свои очередные два очка, сделав счёт 45:37, Штукин потребовал у судейского столика тайм-аут.
— Всё равно проиграют без шансов, — хмыкнул его коллега Евгений Кожевников.
— Посмотрим, Саныч, ещё не вечер, — упрямо пробубнил Юрий.
Тем временем его молодые баскетболисты от усталости просто повались на скамейку. Только здоровяк Юрьев остался на ногах. Он на удивление со своим слишком мускулистым телом неплохо переносил темп матча. И Штукину даже казалось, что он спокойно отыграет и все 40 минут.
— Спасибо, Юрий Сергеич, — сказал ему Юрьев. — Пора менять старых и больных на молодых и здоровых, так?
— Почти, — криво усмехнулся Штукин. — Юра, Володя, Серёжа и Миша, разминайтесь. Сейчас войдёте в игру, — скомандовал он, посмотрев на свеженьких игроков команды: Павлова, Яковлева, Кузнецова и Силантьева.
— А мы думали, что молодёжь сама справится с лучшими игроками страны? — вдруг завозмущался Володя Яковлев.