— Майк, прав, — поддакнул мне Серёжа Тараканов, зашнуровывая кеды. — Вот, к примеру наш администратор — Виктор Потапыч. Он в составе ЦСКА дважды становился чемпионам СССР, в 1960 и в 1961 году. И кто об этом сейчас помнит?
— Ты-то откуда знаешь? — хмыкнул Гена Капустин.
— Книжки читать надо, — усмехнулся Тарик.
И тут к нам подошли Владимир Арзамасков и Александр Белов, оба переодетые в какие-то заграничный модные футболочки. Кстати, я когда первый раз приехал на тренировку, то был сильно удивлён из-за того, что парни тренируются в своей собственной экипировке, словно какие-то заводские или фабричные любители. И моя форма из 2018-го года здесь многих насмешила. Особенно баскетболисты потешались над необычными длинными трусами. Я же никаких других вещей просто не имел.
— Ну чё, молодые, повезло вам вчера? — криво усмехнулся Арзамасков. — Отскочили? А могли бы и не отскочить?
— Везёт сильнейшим, Зяма, — огрызнулся я. — Коли ты такой взрослый, то должен был это уже выучить и запомнить.
— Хватит быковать, — улыбнулся Белов. — Давайте, мужики — мир. Мы всё же играем одной сборной и в одной команде.
Александр протянул мне руку, и я её, конечно же, пожал. Внутренние склоки сейчас были вообще ни к чему. Потом я также пожал и пятерню Зямы, хоть мне этого не хотелось. Тоже самое проделали и мои юные друзья. В этот момент в раздевалку заглянул Кондрашин и потребовал, чтобы команда заканчивала свои «банно-ванные приготовления» и немедленно выдвигалась на паркет.
К этому времени в зале нас уже поджидали ребята с киносъемочной техникой и две бойкие женщины, которые, судя по всему, являлись режиссерами будущего фильма. Они тихо переговаривались и хвалили нашу тренировочную площадку за то, что здесь, благодаря большим панорамным окнам много света. Знали бы они, что в девяностые в этом месте поселятся бомжи, которые буду жечь костёр прямо поверх паркета, а в нулевые спортзал вообще снесут и построят элитный жилой комплекс. И красивое место с видом на Малую Невку, где воспитывались будущие чемпионы, оттяпают себе «богатенькие Буратины» со своими жёнами и любовницами. Наверное, логично, что в стране, где всё самое лучшее достанется нуворишам, разбогатевшим на разграблении государственной собственности, победы на чемпионатах мира и Олимпиадах постепенно сойдут на нет. И вместо золотых медалей и кубков появятся другие поводы для гордости — золотые унитазы и золотые ёршики.
— Не отвлекаемся на киносъёмщиков! — захлопал в ладоши Кондрашин, когда мы побеждали вокруг баскетбольной площадки. — Работаем как обычно. По свистку — ускорение. Второй свисток — прыжки вверх.
Однако спустя полчаса, когда мы как следует пропотели, сотрудники творческого объединения «Экран» всё же заставили нас отвлечься. 45-летняя женщина в очках со странным именем Генриетта, которая командовала всем съёмочным процессом, попросила показать ей что-нибудь этакое, что-нибудь красивое и захватывающее дух.
— Вот вы можете закинуть мяч сверху? — спросила она у молчуна Сергея Белова.
— Серёжа у нас специалист по броскам с дальней дистанции, — вмешался в разговор Кондрашин. — Пусть лучше вам Саша покажет, как надо бить сверху.
— А я-то чё? — вдруг упёрся Александр Белов.
— Я могу показать, — сказал я и как в школе поднял руку вверх.
После чего взял мяч в руки, решительно повёл его на кольцо и, сделав два шага, повторил вчерашний баскетбольный трюк с разворотом на 360 градусов вокруг своей оси. «Бу-бум!» — с громким грохотом вонзился этот мяч в баскетбольную корзину.
— Вот это то, что надо! — воскликнула Генриетта, развеселив всех кандидатов в сборную страны. — Как ваше имя, гусар?
— Подпоручик Юрьев, мадам, — отчеканил я каждое слово и мужики снова громко загоготали.
— Юрьев-Юрьев, — забубнила женщина и посмотрела в какую-то распечатку. — А вас в списке нет. У меня здесь написано: Белов эС, Белов А, Едешко И. И никакого Юрьева нет.
— А если так? — улыбнулся я, решив не сдаваться и любым путём попасть в документальный фильм.
Поэтому в следующую секунду разбежался, зашёл на кольцо под очень острым углом к плоскости щита, подпрыгнул, пролетел под баскетбольной корзиной и, находясь спиной, двумя руками всадил мяч с другой стороны кольца. После очередного трюка почти все парни уважительно захлопали в ладоши. Кондрашин же поморщился и тихо чертыхнулся. А работники студии начали громко спорить, что если запечатлеть красивый баскетбольный трюк, то потом зрителям будет неважно — кто его исполнил.