В этот момент открылась дверь Викиной квартиры и на лестничную площадку вышла её старшая сестра Нина. Она сделала строгое лицо и потребовала, чтобы Виктория шла домой, а то папа с мамой волнуются. Поэтому мы в последний раз поцеловались и я пообещал, что позвоню из Цахкадзора и напишу из Америки. После чего пошагал по лестнице вниз.
На улице к этому времени было холодно, ветряно и темно. Я пересёк узкий, похожий на бетонный колодец, двор и уверенно вошёл в низенькую арку, где вдруг обнаружил мотоцикл с коляской, около которого копошились какие-то парни.
— Тебя случаем не Майк зовут? — спросил сиплым голосом один из них.
— Нет, — соврал я и хотел было проскользнуть мимо, как двое крепких, хоть и невысоких ребят преградили мне дорогу. — Я же говорю, что вы ошиблись. И предупреждаю, у меня пояс по каратэ, — соврал я.
— А нам насрать на твой пояс, — выругался широкоплечий 30-летний мужик. На его лицо упал свет уличного фонаря, и я разглядел толстую наглую харю с недельной небритостью. — Ты, мил человек, портишь жизнь одному нашему хорошему другу, — прохрипел он. — Ты учти, если он не попадёт в окончательную заявку сборной страны, то мы тебе ноги переломаем.
Затем этот мужик нехотя кивнул большой круглой головой и двое его подельников разом без каких-либо слов и пререканий накинулись на меня. Правда действовали они неслаженно. Пока первый, встав в боксёрскую стойку, попытался разбить мне нос. Второй неловко топтался за его спиной. А через секунду боксёрская двоечка, левой-правой, просвистела в сантиметре от моей челюсти.
В кровь моментально выбросилась изрядная доля адреналина и дальше я сработал как во время баскетбольного матча, опираясь на одни инстинкты. И первому нападавшему, проводя апперкот, я врезал в солнечное сплетение, а второго достал длинным боковым в челюсть. Причём всё так быстро произошло, что я глазом не успел моргнуть, как мои противники уже валялись на асфальте. Однако настырный 30-летний мужик, вытащив из коляски монтировку, снова принялся угрожать:
— Ты думаешь, что если такой шустрый, то на тебя управа не найдётся?
— Я же сказал, что вы ошиблись адресом, мужчины, — выдохнул я, сделав шаг назад. — Я не понимаю о чём вообще речь. Какая сборная? Какой хороший друг? Зяма что ли?
— А говоришь, что ничего не понимаешь? — усмехнулся мужик и один раз для устрашения махнул своей монтировкой.
— Так бы сразу и сказали, — криво усмехнулся я. — Хотите, чтоб Зяма поехал в Штаты? Нет проблем. Чем смогу помогу.
«Ведь это даже к лучшему, чтоб Арзамасков полетел в Штаты, — тут же подумалось мне. — Ибо когда начнутся игры с серьёзными американскими командами и Зяма на паркете превратится в невидимку, то мне проще всего будет доказать Петровичу, что он „Спартаку“ не нужен. Что он не лидер, не боец и своим поведением тянет команду на дно. И возможно баскетбол ему вообще больше не интересен».
— Вот это совсем другой разговор, — сиплым голосом произнёс этот бандитского вида мужик. — Ну чё разлеглись? — прикрикнул он на своих подельник. — Мальчик нас правильно понял. Я прав? — прошипело он на меня.
— Будем считать, что переговоры прошли в тёплой и дружеской атмосфере и стороны пришли к единому соглашению, — усмехнулся я. — Так и быть помогу вашему Зяме, если он сам не может пробиться в сборную.
— Не борзей, пацан, — хмыкнул на меня мужик, усаживаясь в коляску мотоцикла. — Поехали, идиоты, — прорычал он на своих горе-подельников, которые уже встали с асфальта и вытирали кровь каким-то грязным платком.
«Да я — сама скромность, дядя», — мысленно загоготал я.
В училище я вернулся уже ближе к одиннадцати часам вечера. Костяшки на правом кулаке немного побаливали, опухли и налились синим цветом. Зато настроение было просто замечательное: я побывал на отличном концерте, свёл Сашу Белова и Шуру Овчинникову, вдоволь нацеловался с красивой девушкой Викой, дал отпор бандитам и самое главное нисколечко не пострадал и не отступился от своих жизненных принципов.
— Всё шляешься где-то, а время-то уже позднее, — заворчал на меня вахтёр дядя Коля, когда я вошёл в центральную дверь этой школы подготовки юных спортсменов. — Ты учти, Юрьев, в один прекрасный день настучат тебе по голове, и что тогда будешь делать?
— Снимать штаны и бегать, дядя Коля, — захохотал я. — Я не пью, не курю, в азартные игры не играю. С плохими людьми знакомств не завожу. За что меня бить, когда у меня карма практически идеальная?