— Извини, — пробурчал я, — женская волейбольная Высшая лига тоже кое-чего стоит. Был не прав.
— Давно бы так, — хмыкнула девушка и тут же потрогала пластырь, наклеенный на мою левую бровь. — Теперь я понимаю, что значит бороться за место в сборной СССР, точнее говоря вижу, — захихикала она.
— Ты имеешь в виду эту заплатку? — я сделал удивленные глаза. — Это сущие пустяки. Просто мы так сильно радовались с парнями победе в первом матче, что я случайно влетел в дверной косяк. Ха-ха.
— Не ври, мне всё уже рассказали, — улыбнулась красавица Лена.
— Орехова, нам пора! — окликнули девушку её подруги и весело рассмеялись. — Лев Оскарович долго ждать не будет! — прокричала одна из девчонок тонким и высоким голосом.
— Давай встретимся в холле гостинцы после ужина? — предложил я. — Сходим в бар, в кино, прогуляемся под Луной, кхе, по стадиону. Наконец посмотрим Кубок УЕФА.
— Может быть, — захихикала Лена и побежала за девчонками, у которых сейчас начиналась тренировка в соседнем ангаре.
— Ну что, облом? — подойдя ко мне, спросил Толя Мышкин.
— Посмотрим, время покажет, — улыбнулся я. — Кстати, а почему бы тебе не переехать в Питер? Вашему «Уралмашу» всё равно в чемпионате СССР ничего не светит. А у нас, сам видишь, — я обвёл рукой баскетбольный зал, где готовились к матчу «старички» и команда более молодых игроков, — впереди прекрасные перспективы. Будешь на виду у Петровича и станешь железным игроком сборной.
— Тут такое дело, Майк, — замялся Князь. — Мой папа — начальник отдела по комплектованию войск Уральского военного округа. Пойми, если я перейду, то только в ЦСКА. Папа вряд ли одобрит ваш «Спартак».
— Понимаю, — кивнул я. — Но годик, перед Монреалем, мог бы в интересах сборной отыграть и за «Спартак». Ты подумай, — я похлопал Мышкина по плечу и поспешил в душ. Посмотреть матч между «красными» и «белыми» мне захотелось чистым и посвежевшим.
Уже вечером, когда я перед свиданием с Леной приводил себя в порядок, в мой номер нагрянули Александр Белов и Владимир Арзамасков. Толя Мышкин к этому моменту уже усвистал в бар, познакомившись с какими-то девчонка из волейбольного «Динамо». Поэтому парни меня застали можно сказать, что врасплох. Из-за чего я вместо дружелюбного приветствия: «привет, как дела?», лишь хмуро посмотрел на непрошенных гостей.
— Есть разговор, — начал Белов.
— В вас есть разговор, а у меня на это разговор есть всего пять минут, — проворчал я. — Поэтому давайте перейдём сразу к сути.
Парни переглянулись, Зяма отчего-то криво усмехнулся и произнёс:
— Нужно переиграть наш матч.
— Хотите получить от нашей команды не двадцать очков, а двадцать пять? — хмыкнул я и, снова посмотрев в зеркало, начал укладывать расчёской свои непослушные волосы.
— Ты всё не так понял, Майк, — сказал уже Белов. — Нужно переиграть матч, немного изменив стартовые составы. Ты сыграешь за нашу команду, а за твоих пацанов Шальнев или Милосердов. Или мы можем отдать их обоих.
— Так будет справедливо, — поддакнул наглец Зяма.
От этих слов я чуть было не расхохотался. Кому-кому, но не Арзамаскову было рассуждать о справедливости. Чувак ещё в Ленинграде подослал ко мне каких-то бандитов, затем играл на паркете как бандит, постоянно бил исподтишка моих друзей. И тут ему пришла гениальная идея — переиграть матч в других составах. Кстати, их команда сегодня уступила «старичкам» со счётом — 42:22 и Петрович ещё в зале сообщил, что по итогам этого мини-турнира в пятницу, то есть послезавтра, домой улетают: Шальнев, Жигилий и Макеев. Ещё с двумя лишним Кондрашин пообещал определиться в воскресенье. Скорее всего, тренер решил разбить оставшихся игроков на две команды и провести ещё один контрольный матч. Именно такое предположение сделал Серёжа Тараканов. И я с ним согласился.
— Не мутите воду, парни, — ответил я и пошёл надевать свои лучшие шмотки: джинсы, заграничную рубашку и джинсовую курточку. — Вы своё отыграли. Как говорится — после драки кулаками не машут. Хотя как по мне, то я бы Жигилия как раз оставил, а домой отправил тебя, Зяма.
— Ну ты и наглец, — процедил сквозь зубы Арзамасков. — Совсем оборзел.
— Могу в лоб зарядить, если что-то не нравится? — прошипел я. — Базар окончен. Выход там, — кивнул я на дверь.
Мои гости ещё чуть потоптались, пошептались и ушли, несолоно хлебавши. Потом они ещё о чём-то спорили в коридоре. Однако, когда я побежал на свидание ни Белова, ни Арзамаскова перед моими дверьми уже не было.