И мы пошли за Ивасом следом. Он нас привёл в зал, который был ещё больше, чем предыдущий, в котором они работали. Мы увидели слёт, который стоял, я так понял, на испытательном стенде. У Слёта сзади я видел два сопла, наверно, где-то внутри стоял двигатель в Слёте, подумал я. Так и оказалось, и Ивас начал объяснять.
Твердотопливный элемент рассчитан на преодоление расстояния в тысячу рапиров (км). Больше нецелесообразно, иначе полностью менять конструкцию. Ёмкость заменяется на новую очень быстро и имеет небольшой вес, так что можно парочку с собой ещё взять. Двигатель небольшой, так что мы спрятали его вовнутрь, ну и сопла вывели наружу. На планете он себя будет вести нормально, а вот как себя покажет в космосе, надо проводить испытания.
Кстати, сопла двигаются по крылу на тридцать градусов, что может составлять между ними шестьдесят в сумме. Это сделано для космоса, в присутствии гравитации лучше ими не пользоваться, сыграют злую шутку с пилотом и со слётом. В крылья вмонтировано по одному пулемёту, сделанному по вашей просьбе, Аллерсавр. Ну и магазин у каждого на тысячу выстрелов, вес машины значительно увеличился, что меняет всю аэродинамику слёта. Надо по-новому переучиваться летать на таких машинах. Но я думаю, неделя полётов, и пилот уже переучится и оценит машину в бою, думаю, равных ей нет.
Плазменные пушки тоже оставили, как вы и просили, оставив на каждом крыле по одной вместо двух. И ещё я добавил самонаводящиеся снаряды, их полёт всего десять рапир составляет, но для ближнего боя самое то. Топливо, кстати, использовал такое же, что и для двигателя Слёта. Их таких снарядов всего десять, они небольшие и крепятся к крылу, по пять штук. Да и он точно по своим кораблям стрелять не будет, даже не то что не будет, а попав по своему слёту Стрику или транспорту, взрыва не последует. Умное оружие, так сказать.
В транспорт мы тоже поставили двигатели, туда пришлось ставить два: слева и справа. Поставили пулемёт и две тысячи патронов к нему, а также добавили небольшую плазменную пушку. Ну и к двум пилотам добавился ещё и стрелок, и башню добавили для него, чтобы не мешал никому: ни десанту, ни пилотам. Вот, пожалуй, и всё на этом.
Да, впечатляет, — сказал и продолжил.
Значит, испытания через неделю, а когда же в серию тогда?
Аллерсавр, сразу в серию запустим, я вам обещаю: тысяча слётов и под тысячу транспорта в месяц точно будет появляться.
Мало, надо будет больше.
Хорошо, я не стал преувеличивать, поэтому полторы тысячи — это потолок для нашей промышленности.
Ивас, да я понял, что больше никак, просто у нас времени мало. Я, честно говоря, думаю, что месяца два ещё, и они снова нападут.
Аллерсавр, а почему вы так уверены в этом?
Ивас, вы знакомы с таким выражением: "предчувствовать"?
Ну, конечно, у нас у инженеров и учёных это чувство сильно развито.
Так вот, и у меня эта чуйка ох как развита. Я просто уверен: ещё два месяца, и они придут. Им понравилось почти безнаказанно делать то, что они считают правильным для себя. Но так у них это было в первый и последний раз, теперь они получат по зубам от нас. Ну если не они к нам, то мы к ним.
Аллерсавр, ваши бы слова да в уши творца.
Ивас, вы что, в себя не верите, что ли?
Верю, конечно.
Ну так и я верю, и чтобы я больше сомнений от вас не слышал, вы меня услышали?
Да, да, Аллерсавр.
А так, Ивас, вы молодец, просто отлично проделана работа. Ну что же, мы вас тогда покидаем. Когда завершите работу, я снова что-нибудь вам подкину для ваших мозгов. Мы уезжаем, жду от вас эти машины, очень жду.
И мы уехали. По дороге я снова выслушивал Бата. Он, по сути, моей совестью стал и разумом, да и куда я без него вообще? Один бы сейчас разбирался и ошибок бы наделал, сто процентов. Так что в какой-то мере мне повезло, что у меня есть брат здесь, и вдобавок ещё и сподвижник. Так что слушать я его буду всегда, но решение всё равно будет за мной.
Ты зачем снова стращал человека?
Чтобы мозги у него работали в одном направлении и думал чтобы о работе. Он же инженер и учёный в одном лице, вот пусть и верит в это. И не уповает только на творца.
А как без этого?
Да вот так, — и я вспомнил нашу русскую поговорку, ну и выдал ему:
На творца надейся, а сам не плошай.
Бат посмотрел на меня, но ничего не сказал. Потом мы сели в Слёт и отправились на само плато Шабу.
Плато Шабу
Мы взлетели. Перевалив через горный хребет, который опоясывал плато, мы сразу пошли на снижение. И вот всё тот же лагерь и всё те же полигоны. Мы сели, сошли со слёта. Краф же, спрыгнув, сразу начал бегать и нарезать круги. Я понял, что ему здесь нравится. Оказывается, они хорошо запоминают местность, особенно ту, где им нравится.