Я знаю, что произойдёт в первом бою с крысами: мы их победим, но нас будет мало, но и они придут небольшим числом. А вот во второй раз они придут огромным числом, и вот тогда мы должны быть готовы хотя бы на восемьдесят процентов.
Аллерсавр, откуда такая уверенность, что так и будет всё? — спросил Гинар.
Не знаю, Гинар, ну что-то я чувствую, и я тебе этого не могу объяснить, совсем не могу. Ну не знаю я, откуда ко мне эти все откровения прилетают.
Я думаю, Аллерсавр прав, нам надо готовиться самим и учить других уже, — сказал Вивар.
Так, теперь вот что: скафандры остаются у вас, вы теперь их полноценные хозяева, таких скафандров будет становиться всё больше. Но даже за два года мы их полностью не заменим. И ещё: ружья в оружейку, а чехлы к себе в каюты, пока их мало и не к чему их показывать даже в оружейке.
Корабль-то видели?
Да, отличный корабль, — сказал Валиар.
Вот вы все и будете на нём летать, как вам Берар?
Нормальный парень, — проговорили многие.
Вот он и будет командиром корабля, и он будет за него в ответе, хотя корабль, по сути, будет мой. Я его папа и мама, и я буду его направлять, куда надо будет попасть срочно. Так что готовьтесь быть готовыми, скоро мы сами будем решать судьбу мира, а не эти крысы. И на этой ноте мы разошлись по каютам.
Я открыл каюту, а на меня смотрит Краф. Твою мать, я забыл его в каюте или сам оставил? Что-то я не помню. Настолько он уже стал незамечаем, а он ничего, не обиделся даже. Так, с ним поболтав, я принял душ и лёг поваляться в кровати, и через пять минут я уснул. И мне приснился сон, который я запомнил.
Мивара сидит у меня в каюте и ведёт с кем-то беседу, с невидимым мне. Она почти кричит на собеседника:
Кто вас просил это делать? Зачем вы пошли на это?
Собеседник ей отвечал:
Нас вынудили сделать это, нам поставили невыполнимые условия, им нужны люди, мы не можем отдавать постоянно своих.
Теперь мы нажили себе врага, и если предсказание правдиво, то мы потерпим поражение.
Вы, Мивара, что, так в нём уверены?
А вы сами посмотрите, всё происходит в точности, как там сказано, и если дальше всё также будет происходить, то мы просто растворимся между мирами и никогда не возродимся.
Там также сказано, что люди останутся живы.
Да, и это хоть немного меня успокаивает. Но теперь надо ждать ответного шага, или самим его сделать и ускорить всё, — сказала Мивара и постучала по столу нашим с Батом стуком-паролем. От чего я вскочил с кровати и сел на неё в недоумении.
Стук повторился, но уже наяву, а не во сне. А это только сон был всего лишь, — улыбнулся я и подошёл к двери, за ней, конечно, стоял Бат.
Аллер, пойдём на ужин, — сказал он.
Бат, я приду через пятнадцать минут, если подождёшь, то пойдём вместе.
Я подожду.
А я пошёл умываться и думать о том, что же такое мне приснилось. Мивара приснилась, с чего бы это? Что там было, что за беседа, а главное — она кого-то отчитывала. Кто она такая? Или мой мозг мне подкидывает какие-то решения? Сон — это же наш мозг видит это вот таким. А реальность она другая, совсем другая. Наш мозг это хочет видеть, вот мы и видим то, что хотим, или всё же нет?
И я вспомнил один момент из своей земной жизни. Я служил в Афганистане, наступил новый тысяча девятьсот восемьдесят девятый год, я спал и уже перед самым подъёмом мне приснился мой дядька. Он был старше меня всего на семь лет, так что мы были очень дружны с ним, хотя виделись редко. Но бывало, что он у нас и жил. Всякое бывало, в общем, он мне приснился и говорит:
"Я ухожу, моё время закончилось", — и он по ступенькам так пошёл вверх и растворился в воздухе. Я помню, тогда проснулся не в понятках, что это может быть. А когда нас уже вывели с Афгана, я дослуживал в Союзе, пришло письмо от матери перед майскими праздниками. Я готовился писать письмо дядьке, поздравлять с днём рождения, у него день рождения был в мае.
Мама писала, что нет больше у меня дядьки, умер первого января рано утром. Он пошёл к старшему брату рано утром, чтобы его поздравить. Но поскользнулся и ударился головой о бордюр, отчего произошло кровоизлияние в мозг. Как говорили медики, умер он мгновенно, а пришёл он ко мне и сказал, что уходит, ко мне во сне. Вот так это было, и не придумано нисколько, я вспомнил тот сон и никому не рассказал про него.
Так, может, это тоже из того ряда снов, о которых говорят: сон в руку. Оно происходит, и мы это видим, ладно, я его запомню.