— Что есть, не отнимут, — сказал я, мои первые слова после операции.
— Вот и славно, так смотрите: никаких физических нагрузок сегодня нельзя позволять.
— Как жаль, — за спиной у врача раздался голос Бата.
— Вы-то можете это сделать, но без Аллерсавра, — уже к Бату обратился Павус. — И не уговаривайте брата, а помогите ему в восстановлении здоровья.
— Сделаю, — ответил Бат.
— Вот и славно, а знаете, вы ему челюсть выбили, — вдруг сказал Павус.
— Кому? — мы с братом сказали в один голос.
— Берару Макиву, она вылетела у него со своего места, — продолжил рассказ врач. — Сразу после вас его привели ко мне, ваша троица привела. Там ещё была плачущая красавица, его сестрёнка. Мне пришлось вправлять ему челюсть, чуть пальцев не лишился, — и показал нам два перевязанных больших пальца. — Не успел среагировать я, давно не вправлял. В общем, сам виноват, зачем вообще сунул пальцы, сам не понимаю. Прихватил он меня своими зубами.
— А что потом? — спросил я.
— А потом они пошли восвояси, молча просто ушли.
— А откуда имя и фамилию узнали?
— Это не я узнал, а этот, как его там, имя мудрёное такое.
— Гектор, — сказал я.
— Точно, он Гектор, ну так вот, я веду записи, кого лечу, надо же записать. Так он мне всё и рассказал, кстати, про всё. И как вы его, Берара, в бессознание ввели, и что занимаетесь вместе, и разучиваете такие же приёмы, какой вы использовали против Берара. Он мне и имя, и фамилию сказал того блондина. Но есть одно но: если бы я не припугнул его, что он лишится всего, и службы, а может, и жизни, то ваш Гектор ничего бы не выложил, да, я ещё вашим отцом его припугнул. И кое-что использовал ещё.
— Павус, вы его обманом заставили всё рассказать! — негодовал я.
— Ну, я же врач и психолог в одном лице, я вот, например, знаю, что ни с вашим братом, ни тем более с вами лично, такой номер не пройдёт.
— А почему вы подчеркнули слово «лично»?
— Ну, ваш брат предан вам, и очень, что касается вас, он никому и ничего не расскажет. Я не буду вам рассказывать, как я это делаю, это профессиональное. А вот вы, вас я не могу раскусить, вы не поддаётесь внушению.
— Так вы владеете гипнозом? — вскрикнул я. — Это же круто! Так вот что такое ваше «кое-что ещё», то, что вы использовали с Гектором.
От автора. Если вы читаете уже на этой главе. То я вас попрошу поставить лайк книге. А ещё если вам не сложно подпишитесь на мой аккаунт.
Глава 20
Плато Шабу.
Вы умный и догадливый человек, Аллерсавр.
Павус, не льстите мне, я этого терпеть ненавижу.
Я и не собирался льстить, я врач и привык людям говорить правду, по долгу службы я это обязан говорить. А ведь она не всегда, эта правда, приятна. Уж поверьте, Аллерсавр.
Я посмотрел на Павуса и сказал сам себе мысленно: хрена с два ты теперь от меня отдалишься, я тебя возьму в свою команду.
Вы сейчас чего задумали? Вот так посмотрев на меня, Аллерсавр?
Догадайтесь, если не прочитали мои мысли.
Да мало ли что вы там подумали, но ваш взгляд сказал мне, что я теперь у вас под прицелом.
Ну, почти угадали, Павус, почти. И я похлопал его по локтю левой руки.
И я вспомнил случай, который произошёл со мной в школе, ещё на Земле.
Я уже начал заниматься спортом тогда, это был пятый класс. В школу приехали иллюзионисты, и с ними был гипнотизёр.
Фокусники-иллюзионисты мне понравились, я был в восторге. И вот на сцену вышел дядька, он окинул зал своим взглядом и сказал: Сейчас я буду гипнотизировать, я выберу людей из зала. Сначала я пройду по залу, а потом назову ряд и место, на котором сидит кто-то из вас. Какой ряд и место назову, тот выходит на сцену. И он пошёл по залу, где-то останавливался, где-то проходил мимо. Я помню его взгляд, остановившийся на мне. Ну давай, выбери меня, — говорил я ему мысленно. Так он обошёл весь зал, взошёл на сцену и начал называть ряд и номер места.
Ребята вставали и шли на сцену, а я думал: Ну сейчас, ну давай. Но чуда не случилось. Так на сцену вышло четырнадцать ребят.
И гипнотизёр снова заговорил: А теперь какие места я назову, то они покинут зал. Зал возмутился: Почему, мол, что за произвол?
Или они уходят, или ухожу я, и никакого представления не будет, — констатировал гипнотизёр. Все утихли, а я вжался в кресло: я не хочу уходить, я хочу посмотреть, только не я. Теперь я пел другую мантру, только не я. Он называл ряд и место, встал один из старшеклассников и пошёл на выход. Потом встала девочка из параллельного класса, а следующим было названо моё место. Я помню, как я метнул свой взгляд на гипнотизёра, спрашивая мысленно, почему, и получил тут же ответ.