— Пусть выберет книгу, — улыбнулся Мартин снисходительно.
— Так она, вроде, уже выбрала. И не раз, — протянул руку виконт через стол, отнимая книгу у Ольги. — О-о, «Книга змей»?
— Хорошая книжечка, — сыронизировала «виконтесса», возвращая себе раритет. — Злободневная. Пожалуйста, не ссорьтесь по пустякам, — одарила мужчин обворожительной улыбкой.
Граф усмехнулся:
— Пустяки? Твой муж хочет лишить наследства моих внуков.
— Вот как? — глянула она укоризненно на Стенли. — Вы же не позволите ему этого сделать?
— Даже не сомневайся.
— Речь идёт о Суэцком канале? — не спускала Ольга глаз с разложенной на столе карты мира. — Простите, но ваш… эмм… разговор… был слышен даже в стенах моей спальни.
— Шейла, ты зачем пришла? — настала очередь виконта буравить её недовольным взором.
— Вот, — продемонстрировала она «Книгу змей». — К тому же не знаю, как сказать…
— Шейла, — нетерпеливо начал Стенли.
— Погоди, — остановил его жестом Мартин и подался к ней. — Пусть скажет.
— Я вот думаю… — прижала она книгу о гадах к груди, лихорадочно думая о том, как преподнести мужчинам нужную информацию и прекратить опасный спор. — Наполеон Бонапарт тоже горел желанием возродить строительство старого заброшенного канала. Он тогда был в Египте с военной миссией и заодно побывал на нём. Вскоре, как мы знаем, ему пришлось оставить эту затею. Стало не до неё.
— Что ты хочешь этим сказать? — проявил «муж» несдержанность.
— Всё же когда-нибудь канал будет достроен, — решительно закончила Ольга. — В его открытии для судоходства даже не нужно сомневаться.
— Ты что-то знаешь? — подозрительно уставился на неё граф.
— Что я могу знать? — медлила она в поисках нужной фразы. — Откуда я могу знать, что торжественное открытие Суэцкого канала состоится… — она подтянула чистый лист бумаги, взяла карандаш и крупно размашисто написала на русском языке: «17 ноября 1869 года», — через два с половиной года? Вот! Сохраните этот лист, милорд.
Стенли усмехнулся:
— Действительно, откуда тебе знать такое? На кофейной гуще нагадала? — его улыбка стала шире. — Спасибо за поддержку, дорогая.
— Наванговала, — уточнила она, направившись к выходу.
Пропустив Траффорда с подносом и закрывая за собой дверь, услышала голос виконта:
— Что она сделала?
Ольга постояла ещё немного, вслушиваясь в неясный тихий разговор отца с сыном.
— Давно бы так, — выдохнула она, опуская глаза на книгу. И правда, книжечка попалась в тему. Открыв её на середине, вчиталась в едва различимые буквы выбранной для забытого гадания строки. — В тенистой кроне большого дерева разглядеть аспида очень нелегко.
В настенных канделябрах тускло горели свечи. В полумраке коридора растаял силуэт дворецкого.
— Угу, — буркнула «виконтесса». Тенистое большое дерево — это Мартин, а аспид… ядовитый… понятно кто — леди Линтон.
— Некоторые виды змей питаются исключительно жабами и лягушками, — читала она дальше. Надо же, всё верно. Можно было и не гадать. Мариам в Париже, без сомнения, лакомилась лапками бесхвостых земноводных. Ольга не удивится, если деликатес под названием «Сuisses de nymphes d'aurore» (фр.) — «Ножки нимф утренней зари» стал любимым блюдом зловредной графини.
——————————
Суэцкий канал
Глава 44*
На следующий день лорд Малгри и Мариам уехали, и Ольга вздохнула с облегчением. Графиня находилась в приподнятом настроении и выглядела отдохнувшей. Мартин, если и был чем-то озабочен, то своего настроения ничем не выказал. Лишь за завтраком «виконтесса» поймала на себе его беспокойный — так ей показалось — взгляд.
Узнав, что через три дня Стенли собирается в Лондон по вопросу покупки акций «Всеобщей компании Суэцкого канала» и она едет с ним, обрадовалась как дитя. Сменить обстановку и увидеть столицу Англии девятнадцатого века представлялось ей невероятно фантастическим событием. Ольга не видела город двадцать первого века и не могла сравнить с его нынешним состоянием, но одна только мысль, что она приобщится к истории и всё увидит воочию, приводила её в трепет.