- Он там внизу лежит, на камнях, там этажей тридцать, шансов нет, - сказал он тихо.
Лизины глаза стали еще больше, и она прикрыла рукой рот.
- Ну, твою мать! - воскликнула я по-русски, с отчаянием и раздражением. Пнув торчащую из земли трухлявую корягу, я плюхнулась задницей на мокрую траву и разрыдалась от бессилия. Глупость и непоправимость произошедшего залила мой мозг тупой усталостью. Поскольку рядом со мной были два человека – Барни и Лиза, я позволила себе не брать в свои руки контроль над ситуацией. Пусть они займутся и сделают все, что нужно в таких случаях, а я буду злиться, горевать и предаваться эмоциям, чтобы они не снесли мою психику подобно подкравшемуся цунами.
Барни звонил и что-то говорил, Лиза сидела на корточках и всхлипывала. Я отревелась и опустошенно ждала. Через час прибыли спасатели. Меня закутали в одеяло, дали мне что-то выпить и проводили до дороги, где ждала машина с врачами и спасателями.
Отвезли меня в наш мотель. После недолгого разговора с полицейскими я осталась одна и, достав из сумки мой рабочий ноутбук, нашла в нем телефоны бывших жен Роберта. Мне предстояло тяжелое дело - обзвонить их и рассказать о случившемся. Вряд ли я услышу от них слова поддержки.
Все жены Роба отреагировали по-разному, кто-то окатил меня холодом и ненавистью, кто-то растерянностью и грустью, но все они, в первую очередь, ощущали и смаковали свои чувства. Никому и в голову не пришло, что я могу переживать из-за смерти супруга, они припечатали меня печатью расчетливой стервы и, довольные тем, что они сами не такие, погрузились в свое горе. В результате никто из них даже не удосужился задать ни одного вопроса по организации похорон. Спасибо адвокату и другу Роберта, знакомому мне по изучению брачного договора. Именно он помог мне и вял на себя часть организационных вопросов. Как ни странно, у него были определенные распоряжения от Роба на этот счет. Кроме того, он ознакомил меня и других жен Роба с завещанием.
По завещанию все бывшие жены получали пожизненную финансовую поддержку, детям оплачивалось обучение и достались в наследство кое-какие акции. Все остальное, а это где-то процентов восемьдесят от всего имущества, оставалось мне. Бывшие явно сочли это несправедливым, но спорить с волей покойного никто не стал. Я же, пройдя через все, что произошло со мною за последние пару месяцев, особого восторга от своего богатого наследства не испытывала. Усталость, апатия и чувство вины, вот были мои основные ощущения.
41. Возвращение в LA.
Похоронили Роба в маленьком городке штата Эленойс, рядом с его родителями, служащими местного банка. Все прошло на редкость непафосно и скромно. Пожалуй, только первая жена Роба не была удивлена местом похорон. Похоже, она одна из немногих действительно близких людей, присутствовавших на этом скорбном мероприятии, знала, откуда родом был этот миллиардер, известный многим во многих кругах Голливуда и не только.
Настоящая смерть своей неотвратимостью и реальностью поостудила пыл конкурирующих бывших жен, оставив в некоторой изоляции новоиспеченную вдову. Впрочем, для этой вдовы, поверьте, это была лучшая ситуация: не было никаких эмоциональных сил продолжать баталии и выслушивать гадости, и, тем более, держать удар.
Возвращалась в ЭлЭй я в полном смятении: я не знала, что мне делать, куда девать себя, куда вообще ехать по прибытии в Аэропорт. Меньше всего мне хотелось ехать домой, в стеклянный дом Роба. Несмотря на то, что управляющий отзвонился и заверил меня, что дом и прислуга меня ждут, перспектива ходить по дому, где еще все пахнет погибшим супругом, пугала меня. Это было все равно, что встретиться лицом к лицу с мертвым Робом. Когда самолет приземлился, я позвонила управляющему и предупредила, что пока не могу жить в доме и когда там появлюсь, не знаю. Управляющий, как мне показалось, отнесся к этому с пониманием.
Я забрала с парковки свою Мазератти и поехала практически куда глаза глядят. Дорога моя постепенно привела меня к дому Стива. Было уже часов одиннадцать ночи, в его доме горел свет в гостиной, что говорило о том, что Стив дома и еще не спит. Посидев в машине минут десять, я вышла и подошла к знакомой калитке, нажала на звонок. После некоторой задержки я услышала вопросительное «Да?» Стива.