СТРОЕВОЙ СМОТР
Мороз и солнце — дело беспощадное —
Потрескался асфальтный пятачок.
Забрались как-то в трещинку прохладную
Навозный жук и жирный червячок.
Но на беду они так и не поняли,
Кто топчется у них над головой,
А это нас шеренгами построили:
Так нужно было — смотр был строевой.
Пришло такое сверху указание:
Проверить нас от пяток до ушей,
Чтоб люди, обратившие внимание,
Сказали: «Все в милиции о-кей!»
Возникли тут же всякие неясности,
Решили в министерстве запросить:
Как женщин проверять на смотре? В частности,
Какого цвета им бельё носить?
Немало замечаний было сказано
По поводу нестриженных голов,
И даже стричься на-лысо приказано
Кому-то из команды оперов.
Свистки, жетоны, удостоверения,
Неправильно прицепленный значок!
А в трещинке сидят в недоумении
Навозный жук и жирный червячок!
Потом прошли мы строем, как положено,
Подошвами стучали, как могли,
Но, главное, что вовремя доложено,
Что смотр мы успешно провели!
…История закончилась трагически:
Никто из нас предположить не мог,
Что под асфальтом пали героически
Навозный жук и жирный червячок!
ФОРМА
Я форму носил аккуратно
И гладил ее и стирал,
Но вот объявили: внезапно
К нам едет большой генерал,
Поэтому в срочном порядке
Приказ: всем одеться в новьё,
Есть форма на складе в достатке
И есть уставное бельё!
На складе неласково встретил
Меня удалой старшина:
«Ну, прямо, наивные дети!
Я форму раздал вам сполна!»
И все ж по великому блату
Он дал мне шинель и штаны,
В которых ходили когда-то
Герои гражданской войны.
Потом он сказал: «Ты — в порядке!
Тебе повезло, как-никак!
Другим я даю плащ-палатки
И майки с эмблемой «Спартак».
В назначенный час всем отделом
Построились мы на плацу,
Пришел генерал в бурке белой,
Она ему очень к лицу!
Провел по рядам глазом зорким,
У женщин проверил белье,
Буденовки, каски, пилотки,
Заметил, что новое всё.
Неспешно папаху поправив,
Он пачку «Казбека» достал:
«Эх, если бы был с нами Сталин,
На каторгу вас бы сослал!»
ВЕТЕРОК
В жаркий полдень легкий ветерок
Занавеску тронул на окне
И, свернувшись в маленький клубок,
Холодком прошелся по спине,
Ароматом сказочных цветов
Замутил мне голову чуть-чуть,
А потом шепнул: «Ну что, готов?
Поднимайся, отправляйся в путь!
Мы умчимся в благодатный край,
О котором ты мечтал всегда,
Там цветут сады, там вечный май,
И в ручьях кристальная вода,
Там девчонки водят хоровод,
Там слагают песни и поют,
Там живут, не ведая забот,
Там сполна оплачен всякий труд!»
Я собрался, вышел на крыльцо,
Торопливо оседлал коня,
Старый конь губами ткнул в лицо,
Не желая слушаться меня.
Я тогда, еще во власти сна,
Обернулся, кровь шумит в висках:
На крыльце стоит моя жена
И сынишку держит на руках!
ПИСЬМО ДРУГУ
Приезжай ко мне, приятель, погостить!
Сколько лет уже не виделись с тобой?
Я успел уже немного позабыть
Профиль твой и хрипловатый голос твой!
Вечерком по нашей улице пройдем,
Не узнаешь — не такой она была,
Но по-прежнему стоит панельный дом,
Где подруга наша общая жила.
Помнишь, строгий участковый нас учил:
«Хулиганить, воровать — нехорошо!»
Он не знает, что был главной из причин,
По которой я в милицию пошел!
Приезжай скорей — мой дружеский совет!
Впрочем, как же я забыл, одна беда:
У меня же выходных, ты знаешь, нет,
Да и дома я ночую не всегда!
Будет отпуск, но, скорей всего, зимой,
Что поделаешь — служебные дела!
Лишь бы жил спокойной жизнью город мой,
Лишь бы чистой наша улица была!