Наверное, лицо у Вирена было совсем уж зверское, и Белка не могла этого не заметить. Заглянула в глаза, обвила руку хвостом, коротко сжала — теплое, очень доверительное прикосновение. Но Вирен покачал головой — потом, после поговорим. Так, как правильно. А пока давай сделаем вид, что мне не больно.
— Кажется, я смогла немного договориться с Малькутом, — заявила Белка, чтобы отвлечь его, — он обещал мне после занятий показать несколько интересных приемов. Кажется, мало кто его предмет считает чем-то серьезным… Большинство, как и Тэл, сливаются после первого-второго занятия.
Она покосилась на мрачного друга, рассчитывая, что тот не удержится и выскажет какую-нибудь сальную шутку, однако Тэл молчал, уставившись перед собой в пустоту. Вирен вздохнул:
— Он еще не совсем отошел… после вчерашнего. Пожалей Тэла, у него башка раскалывается.
— Вот еще! — фыркнула Белка. — Знал же, что так будет, а все равно пил, значит, сам виноват! Но это я к тому, что вы можете пойти со мной к Малькуту и задать ему все вопросы, если хотите!
Вирен быстро согласился. Ему стыдно было, что эту часть расследования они скинули целиком и полностью на Белку, но все вышло как нельзя лучше, и он не обидел ее лишней назойливостью. Она светились от гордости, улыбаясь: выполнила задание, добилась встречи с тем, кто может оказаться ценным свидетелем. И когда Вирен смотрел на ее искреннюю улыбку, этот жуткий день казался немного радостнее.
— Мы с Баргом на занятие, — напомнила Белка. — Перемена почти закончилась… Ты с нами? — она позвала Тэла, обеспокоенно нахмурившись.
— Догоню, — коротко ответил тот.
Белка, привыкшая к его надменному обращению, даже глазом не повела, лишь досадливо дернула кисточкой хвоста. Хотелось бы Тэлу высказать, что он ведет себя подозрительно, когда вот так отстраняется, но странным образом это и убедило Белку, что с Тэлом все как обычно. У него никогда не было друзей… Вирен стоял рядом с ним, наблюдая, как Барг с Белкой отдаляются, инстинктивно пригибаясь от сильного ливня, несмотря на крепкое заклинание, защищавшее их.
Стоять на улице было почти невыносимо из-за запаха крови, поэтому Вирен зашел внутрь, налил себе воды из чайника: во рту было сухо. Даже тут ему почудился железный привкус, но Вирен постарался не обращать на него внимания. Все это в его голове…
— Что думаешь делать дальше? — негромко спросил Вирен, услышав шаги Тэла позади.
— У тебя надо спросить! — усмехнулся он, делая вид, что вовсе не нервничает. — Я так понимаю, ты даже по дружбе не отвернешься в самый ответственный момент и не дашь мне сбежать?
— Я гвардеец, — твердо сказал Вирен. — Ты же знаешь…
— Нет, я не знаю! — отчаянно воскликнул Тэл и наконец-то посмотрел на него как живой. — Почему я должен менять одну гребаную тюрьму на другую? Я не хотел, чтобы все так вышло…
Как же часто Вирен слышал подобное… И звучало это вполне искренне — Тэл не был чудовищем, наслаждавшимся тем, что он сделал, всего лишь испуганным мальчишкой. Но Вирен знал, во что превратится Гвардия, если будет делать послабления для всех подряд. У каждого же найдется причина, обстоятельства, одна досадная ошибка…
— А вот если бы Белка? — свирепо спросил Тэл. — Ты бы и ее арестовал?
— Да, но я…
Вирен растерянно замолк. Ситуация казалась ему совершенно безумной, невообразимой, потому что Белка никогда бы никому не навредила. Но еще день назад он не предполагал, что убийцей может оказаться Тэл — тот самый Тэл, который глупо шутил, ныл над домашкой по геометрии и ворчал на то, как Вирен тут живет. Странное дело, несмотря на правду, Вирен и не чувствовал себя в опасности рядом с Тэлом, спокойно стоял, глядя на него, и даже не думал схватиться за саблю. Не то чтобы это ему помогло бы против боевого заклинания, конечно…
Покачав головой, он вышел на улицу. Дождь уже утих, кончился, однако лужайка выглядела как поле битвы, и Вирен мог только обреченно думать о странной магии, висевшей над Академией. Создавалось впечатление, что она делает все, чтобы убить населявших замок демонов, однако иногда колдовство просто оборачивалось чьим-то ночным кошмаром.
— А… у тебя сегодня выходной, — понял Тэл, стоявший у расписания. — Путаюсь в днях, — смущенно признался он, покачал головой. — Что надеешься делать, пока занятия не кончились? — спросил он. Вирен молчал; ему показалось, что Тэл боится одиночества — и не потому что Карс пропал, как и Гисна. Тэл боялся, что все его темные мысли навалятся на него, когда рядом никого не будет, погребут, уничтожат.
— Я хотел пойти в библиотеку и поработать с теми символами, Барг оставил свои заметки, — совершенно честно ответил Вирен. Он ожидал, что Тэл кивнет и отвяжется от него, но тот продолжал внимательно смотреть; глаза с узкими кошачьими зрачками казались тревожными. — Если хочешь, можешь пойти со мной, — осторожно добавил Вирен.
— Да! — решительно рявкнул Тэл. — Заебись. Ждал, когда ты попросишь.
Вирен обреченно вздохнул. Воочию представлял, как Тэл вскоре заскучает в тишине библиотеки — как бы их обоих в итоге не выкинули оттуда… Про занятия Тэла, которые он, очевидно, прогуливал, Вирен даже не стал заикаться, понимая, что это бесполезно.
— Я заметил, ты в последнее время начал учиться, — усмехнулся Вирен по дороге в библиотеку — та была уже знакомой, до того корпуса он мог дойти с завязанными глазами. Сейчас это пригодилось бы: переход напоминал декорации к человеческому хоррору с красными разводами на стеклах. — Могу я рассчитывать, что это наша компания так хорошо на тебя влияет? — фыркнул Вирен, подначивая. Им обоим нужно было отвлечься.
— А-а, я же не рассказал про эту хрень, — уныло вздохнул Тэл. — Мне сказали, если я завалю все экзамены, меня оставят на второй год! Я-то думал, что меня выгонят…
— Вообще это логично: так они получат с твоего отца больше денег, — заметил Вирен. — Не знаю, на что ты надеялся со своим гениальным способом…
— Иди ты, — проворчал Тэл. — Эй, Вирен? — он остановился, когда до знакомых дверей оставалось шагов десять. — Я рад, что в тот день к тебе пришел. Ты понимаешь. Даже если я сам себе подписал смертный приговор, это были… чертовски веселые недели, — робко улыбнулся он. — У меня таких раньше не было. Все эти вечеринки, пьянство, секс — это все… не то. Теперь кажется, что не то.
— Перестань, — прошипел Вирен. — Мы никого не убиваем! Ну, я имею в виду, в твоем случае. С помощью детектора лжи легко доказать: ты не соображал, что творишь! Казнь тебе точно не грозит. Да и… — он бросил на Тэла косой взгляд. — Ты же Высший.
— Ага, поэтому отец быстро вытащит меня из тюрьмы и посадит дома на цепь! — зло выговорил Тэл. — Лучше бы я сдох, чем так…
Вирен внимательно уставился на друга, которого потряхивало от страха и ненависти — к себе, к отцу, ко всему миру?
— Нет, не беспокойся, сам я с собой ничего не сделаю, — процедил Тэл. — Я для этого слишком слабый.
Обычно в Гвардии успокаивали прикосновениями. Вирен привык, что его хватают за руки, трясут за плечи, гладят по голове или обнимают — никогда не смущался обнимать в ответ. Просто это было нужно, когда вы все солдаты, когда можете умереть в следующем бою — конечно, благодаря магии гвардейцы гибли нечасто, но им всем стоило помнить об этом. А вот как успокаивать диковатого ощерившегося Тэла, Вирен не знал. Но точно понимал, что тот вырвется из объятий: сейчас не ночь, а Тэл не пьян.
Поэтому до библиотеки они дошли в молчании. Там Вирен затребовал книги из списка, который ему набросал Барг. Библиотекарь излучала прежнее равнодушие и, кажется, даже не заметила, что к ней явился не очередной студент-заучка, а преподаватель фехтования. Вирен нахмурился, пытаясь вспомнить, видел ли он эту бессменную демоницу во время обеда. Чем она вообще живет? Однако расспрашивать не стал, не его это дело, а направился к присмотренному их компанией столу.