Когда кидал, Вирен уже не думал. Отбивался от какой-то дряни, беспорядочно взмахивая саблей: и где остались его финты, которые он с таким усердием показывал студентам… отмахаться бы, закрыться! Взрыв дернул землю из-под ног, янтарь и правда поддался, разлетелся, рванув изнутри, и осколки брызнули во все стороны: сияющие, острые на вид. Вирен рывком кинулся вниз, упал лицом в землю. Наира рядом тихо вскрикнула; Вирен попытался подползти, прикрыть ее собой. Упавший обломок вдарил его по плечам.
Они медленно поднялись, когда поняли, что все стихло. Вдалеке еще слышался знакомый Вирену шум боя, но тут все хрупко застыло. Наира поднялась с трудом, всхлипнула. Обломок ударил ее по лицу, на скуле темнел уродливый синяк. Но она все же встала и неловко подобралась в боевую стойку. Она не хотела умирать на земле. Вирен нервно ухмыльнулся: возможно, она и правда начинала ему нравиться.
Переведя взгляд на то, что скрывалось за янтарной стеной, Вирен содрогнулся. Как он и ожидал, там была Гисна — такая, какой он представлял ее по рассказам друзей: худенькая, темноволосая, с бледной кожей, сквозь которую просвечивали темные вены. Сейчас она висела; сначала Вирену показалось, Гисна настолько напиталась магией из-за этого ритуала, что воспарила, оторвалась от земли, нарушая все законы физики — такое случалось. Но Вирен быстро понял, что все не так; в тело Гисны впивались тонкие побеги, похожие на те, что атаковали их с Наирой. Платье ее выглядело полинявшим; сбегая из общежития в лес, она не взяла одежду на смену, наверняка очищала магией. На посеревшей ткани пугающе отчетливо отпечатывались черные пятна крови, там, где ее протыкало дерево. Гисна смотрела слепо, словно ничего не понимала.
— Н-надо снять ее, — заикнулась перепуганная Наира.
— Да, разумеется…
Если снять ее, станет лучше или хуже? Он замешкался, размышляя. Чаща омертвеет, успокоится или же станет еще опаснее и безумнее, лишившись связующей силы воли, что хотела воскресить Расила? Тут он заметил, что за Гисной лежит еще какая-то фигура — увитая побегами, поддерживаемая. В него не впивались ветви, а как будто сплетались в подобии постели. Хотя демон был весь бледный, измученный, Вирен узнал лицо Карса.
— Ей нужно было тело для воскрешения, не так ли… — прошептал он. Какой-то безымянный ужас накатил на него, Вирену захотелось кинуться к Карсу и начать трясти его. Охранник, который отправился домой один, не в срок… Не повезло ему оказаться на пути Гисны.
Но тут что-то завыло, загремело. Вирен инстинктивно дернулся в сторону, но его все равно накрыло волной магии, обрушившейся на них с Наирой. Та закричала, запрокидывая голову, пытаясь удержаться на ногах. А Вирена, как игрушку, отшвырнуло прочь, он ударился о зазубренную янтарную стену, почувствовал, как обломки полосуют мягкую кожанку, расчесывают спину. Боль придавила его ребра, он с трудом дышал. А потом магия снова ударила, и Вирен почувствовал, как дернулась нога. Услышал треск. Заорал так, что чуть не оглох сам. Мутнеющим взглядом рассмотрел рваную штанину. Сломанная кость торчала наружу.
Но он смог вскинуть голову и поглядеть на появившегося мага. Наира лежала без сознания, но Вирен понадеялся, что она жива. Пусть и пропустит такую важную развязку. Он с удивлением подумал, что становится куда циничнее. Прищурившись, все же различил лицо мага, когда пыль осела.
— Не думал, что вы настолько талантливы, Гебур, чтобы вскрыть защитное заклинание Академии, — прокашлял Вирен. — Как вы сюда добрались?
— Боюсь, защите пришел конец, когда круг этих напыщенных идиотов ударил, — снисходительно заметил Гебур. — Но у меня было, чем заняться, так что я не явился сразу.
Он держался совсем иначе, не казался напуганным, как раньше, в лаборатории, или обиженным и злым, как совсем недавно. Вирен прикрыл глаза. Он иногда подозревал Тиферета, потому что показное добродушие всегда казалось ему странным, или же Малькута, который не скрывал неприязнь. Но Гебур прежде казался… незначительным.
И все же, вполне возможно, он убил остальных магов Академии. Разорвал круг, в который Вирен вынудил их встать — так они были беззащитнее всего, разделяющие магию. Но некогда было мучиться от вины; Вирен решил обдумать это потом.
— Я должен был догадаться, — сдавленно пробормотал он. — После взрыва в лаборатории. Это вы убили Шефа. Побоялись, что он найдет Гисну. Но зачем вам она…
Маг медленно перевел взгляд на распятую демоницу.
— Все пошло не по плану, но она смогла добиться результатов. Прямо сейчас чаща пожирает тех, кто стоит у нее на пути.
— Значит?.. — Вирен вздохнул. — Ага, вот как оно поглощает энергию. То, что едва не случилось с нашим Баргаусом. Но для чего все это? Хотите стать первооткрывателем? Все это — чтобы воскресить какого-то мальчишку?
Гебур рассмеялся:
— Нет, конечно! Те двое, Тиферет и Малькут, рассказали тебе про Бафомета, верно? Про то, что его ученики должны вернуть его?
Вирен понимающе кивнул. Что-то начинало складываться: он достаточно знал Высших магов, чтобы понимать, что они могут вернуться даже спустя тысячелетия. Если перед бесславной смертью Бафомет и впрямь совершил какой-то ритуал…
— Вы позволили Гисне действовать самой, чтобы пробудить магию ее руками, — медленно сказал Вирен, — наслаждались замешательством своих коллег, которые очень не хотели потерять финансирование и сами заметали следы… И что теперь?
Воздух звенел от магии. Вирен боялся представить, сколько демонов стали жертвами для этой одушевленной чащи. Не хотел думать, что среди них могут оказаться друзья, которых он оставил позади. Что-то должно было совершиться; оно зловеще проклевывалось с изнанки, рвало нити.
— Теперь она мне не нужна, свою роль она выполнила, — брезгливо заметил Гебур, покосившись на Гисну. Нетерпеливо двинул ладонью, и Вирен дернулся, пытаясь вскочить… Каждое движение ногой причиняло ему адскую боль. Гисна обмякла со свернутой шеей.
— Блядь! — Вирен зло рычал, глядя на Гебура. — Зачем?! Ублюдок, тебе просто это нравится! Чувствовать свою власть!
Он бессильно наблюдал, как тело Гисны распадается черными хлопьями — так же, как рука Баргауса. Она уходила куда-то в небытие, невидимая сила слизывала с ее костей мясо, мышцы, хрящи, не позволяла упасть ни одной капле крови зря. Вирену показалось, что он увидел увивающиеся вокруг нее тени — гораздо более смелые и ощутимые, чем раньше. Болезненно изогнувшись, Вирен обернулся на Карса, но тот лежал неподвижно. Ритуал еще не завершен… Если бы только получилось встать!
— Для чего вы послали сюда нас? — хмыкнул Вирен, решив пока отвлекать Гебура разговором. — Хотели покрасоваться?
— Девчонка была неуправляема, хотя я пытался пойти с ней на контакт, — отмахнулся Гебур. — Вы вскрыли ее защиту. Очень эффективно. К тому же, мне нужно тело для моего учителя, а этот бедняга… Боюсь, он с трудом выдержит, — он указал на охранника.
— Вот тут вы ошиблись, — выплюнул Вирен. — У меня совсем нет дара — не хватит, даже чтобы пробоваться на экзаменах в вашей гребаной Академии.
— У сына Сатаны? — по-настоящему удивился Гебур. — Или Высшего мага Войцека? Или Смерти? Что ж…
Вирен рассмеялся. Ему было больно, но он смеялся, запрокидывая голову. Ему часто говорили, что он чертовски похож на своих приемных родителей, но Гебур, похоже, вполне серьезно подозревал, что он незаконнорожденный сын… кого-то из них. Видно, не самая удивительная история для аристократии Ада, часто признававшей своих бастардов.
— А я думал, что это скрывающие заклинания, — разочарованно цыкнул Гебур, присмотревшись к нему. — Проклятие! Я готов был ставить на кого угодно из Троицы, но ты… просто бесполезен.
Ему бы обидеться, но Вирен пожал плечами. Он неплохо справлялся и без дара — если не считать, что сейчас он лежит обездвиженный, не зная, что делать дальше. Академия разорена, старшекурсников наверняка смели, только вопрос времени, когда побеги чащи выломают двери замка. А если представить, что круг Высших и правда погиб…
Но Вирен внезапно поглядел на мельтешащие фигуры, еще вьющиеся у костей Гисны. Они потянулись и к Наире, но демоницу все еще прикрывал край гвардейского защитного заклинания, которое Вирен отдал ей, и ее не тронули. Движения теней становились более ощутимыми, уже угадывался силуэт высокого мага с изогнутыми козьими рогами.