Аккуратно подтянувшись, я встал на ноги и достал из-за пояса бутылек с прозрачной жидкостью и тряпку. Алхимики так и не научились превращать в свинец золото, зато подарили людям моей профессии немало ценных вещей… Подкравшись к палачу сзади я резко наложил мокрую ткань ему на лицо и несколько секунд подержал бьющееся тело. Дождавшись, когда тот перестанет дергаться и медленно опустится на пол, я слегка поддержал его, а потом быстро подошел к двери пыточной и закрыл ее на засов. Мало ли. Неожиданные гости сейчас мне нужны меньше всего. Вернувшись назад к телу я встретился взглядом с пленником.
— Кто ты? — пересохшими и полопавшимися от жара губами спросил он. Несмотря на страшные с виду раны, ничего серьезного сделать ему еще не успели, а ожоги со временем и сами пройдут.
— Твой шанс, — лаконично ответил я, подходя ближе и перерезая кинжалом веревки на его руках, — там сток и подъемная решетка. Можешь идти и подарочек от меня с собой прихвати, — я ткнул сапогом в бок молчаливо лежащего палача, с дико выпученными глазами, — он парализован на несколько часов, но все видит и чувствует.
— Ты колдун? — удивленно уставился на меня парень выпученными глазами.
— Алхимик, — устало отмахнулся я. Объяснять этим высокорожденным идиотам, а он был явно из таких, что к чему не было ни времени, ни желания. Он и так получил от меня гораздо больше, чем мог даже мечтать. Пусть катится.
— Спасибо тебе, — тем временем приложил руку к груди тот, — я никогда этого не забуду. Мое имя…
— Мне не нужно знать твое имя, — перебил его я, — мы вряд ли еще раз где-нибудь встретимся. Иди, у тебя мало времени, а меня ждет работа.
Парень полыхнул лицом, но спорить не стал, и проворно покрутив ворот решетки, спрыгнул в темноту. Снизу раздался громкий всплеск воды и тихие ругательства.
— Подарок забыл, — усмехнулся я, — и, подтащив тело палача к краю, спихнул его вниз ногой.
— Спасибо…. - напоследок раздался из темноты тихий голос, не обещающий пыточному дел мастеру ничего хорошего. Впрочем, это теперь уже не мое дело.
Кроме того паренька в зале была еще пара пленных. Один из них уже не дышал, а вот второй нужен был мне как воздух. Лицо, знакомое по описанию заказчика, висело на цепях, полностью закрытое ниже шеи полотняной тканью. Подойдя ближе и убедившись, что человек (назвать это существо девушкой просто не поворачивался язык, да и морально легче было, воспринимать его как нечто бесполое) еще жив, откинул в сторону ткань. Дыхание резко перехватило. Несколько секунд глаза отказывались воспринимать, то, что видят, а потом я не выдержал и отвернулся. Кулаки непроизвольно сжались. С трудом найдя в себе силы, я повернулся, но с этого момента смотрел только в глаза. Человек был в сознании и молча, смотрел на меня. Говорить он не мог. Без языка это довольно трудно сделать. Сглотнув подступивший к горлу комок, я медленно кивнул и слегка дрожащей рукой нажал ему большим пальцем на шею, погружая в сон. Спи, и пусть Там к тебе будут милостивее чем здесь… Достав из под плаща арбалет, любовно сделанный в свое время в мастерской старого Гнуса, я горько усмехнулся. Мастер говорил мне, что я могу стать очень хорошим мастером, и за мои идеи меня с радостью возьмут даже королевским оружейником, а не просто в баронский замок, но судьба распорядилась иначе. Сильно иначе… Я нажал на спуск. Щелчок и удар болта. Все. Теперь точно все. Нож тебя больше не коснется…
Устало опустившись на стул, я бездумно перезарядил арбалет и положил его себе на колени. Да, я был вором. И что уж греха таить, одним из лучших. Приходилось, конечно, и убивать, но специально таких заказов я не брал. Гильдия убийц не терпела конкурентов, да и не мое это. Мой талант лежал в совершенно другой области. Самое лучшее сейчас было бы бежать вслед за тем наивным юношей, тем более, что заказ был выполнен. Пусть и не так, как хотелось, но человек все же был спасен. Его сейчас уже никому не достать… Однако обделять инквизитора вниманием не хотелось, тем более уже находясь в его логове. Эмоции, так вредные в моей работе, постепенно ушли. Им на замену пришел холодный расчет и взвешенное обдумывание ситуации. Добраться и поговорить по душам со «святым отцом» хотелось невыносимо, но рассудок и здравый смысл твердили обратное. А время, отмерявшее ход ночи, неумолимо подходило к концу. Скоро придется уходить и решение нужно принимать в кратчайшие сроки.