— Я этого не знала…
— Так почитай, — пожал я плечами, — кто ж тебе мешает? Сейчас, кстати, стало очень модно случать чье-то мнение, а не обращаться к первоисточникам. Зачем, например, читать собрание сочинений Ленина — это ведь так скучно! Да и букв очень много. Как и непонятных слов. Гораздо проще послушать какого-нибудь шестнадцатилетнего «эксперта» на Ютубе, который о нем рассуждает в полуматерной форме. Вот там все предельно доступно и понятно!
— Подожди, но зачем слушать неуча, когда можно обратиться к учителю? Грамотный наставник по истории всегда расскажет также доступно и легко.
— Потому, что теперь в глазах молодого поколения учитель — лох, — охотно пояснил я.
— В смысле? — девушка аж заморгала глазами.
— Низкий престиж профессии. Сейчас, включив телевизор, нетрудно посмотреть, что является наиболее популярным: бизнес, шоу-бизнес, юристы, экономисты, актеры и управленцы. Рабочие профессии — никому не нужны и не интересны. На людей, работающих в школе, смотрят, как на неудачников. А какой смысл слушать неудачника, даже если он прекрасно разбирается в своем деле? Никому не интересно знать, что говорит преподаватель социологии, что сидит на зарплате 10 т. р в месяц. А вот мнение солидного бизнесмена или известного блогера, у которого весьма внушительный доход, несколько фирм и крупный счет в банке — по этому поводу послушать интересно. И без разницы, что оно, возможно, неправильное. Он уважаемый и успешный человек, поэтому его мнением стараются интересоваться.
— Это… какая-то шизофрения… Не может образованное общество в столь просвещенный век жить… так.
— Может и еще как. Лень и огромное количество информации — способны творить еще и не такие чудеса. И, зачастую, очень тяжело бывает разобраться, какие цели преследует тот или иной человек, несущий ахинею в интернете. То ли он просто дурак, то ли наоборот — очень умный интриган, преследующий свои или чужие интересы. Информационные войны за умы гремят по всему земному шару уже много столетий. Просто сейчас, в вес современных технологий и их повсеместной доступности это делать проще всего.
— У меня… все это в голове не укладывается, — девушка медленно потерла пальцами виски и опустила голову вниз.
— Ничего, ты привыкнешь, — я сочувствующе посмотрел на нее, но вставать с кресла не стал, — просто слишком многое произошло с тех пор как ты… уснула. Тебя воспитывали как политика того времени, а значит, ты прекрасно со всем справишься и разберешь. Просто тебе нужно время. Много времени.
— Ты… поможешь мне объяснить еще кое-какие вещи из… минувшего? — было видно, что слова сейчас даются ей нелегко. То ли из-за эмоционального потрясения, что снова вернулось к ней, то ли от слишком большого объема знаний, свалившихся за раз. А может быть и от того и другого сразу.
— Конечно помогу, — вздохнул я и, поднявшись со своего насиженного места шагнул к книжному шкафу, — только в этом деле у меня нет профессионального образования. Все же я инженер, а не историк. Просто интересовался раньше теми или иными вещами и дословно все могу не помнить. Вот, — я снял с полки пару на этот раз вузовских учебников по истории за девятнадцатый — двадцатый века и бросил их на кровать. Книги были, естественно, еще советских годов выпуска (читать тот шлак, что выходил в 90-ые годы — я бы не пожелал даже врагу), — тут все более-менее в сжатой форме описано. Этой информации можно доверять.
— А откуда ты знаешь, что этому можно верить? — Асерана с сомнением подняла и покрутила в руках толстенькую, потрепанную временем книгу.
— Очень просто. Написана она видным ученым, слова и выкладки которого во-первых, базируются на архивных документах и сличении самых разнообразных исторических источников. А во вторых, неоднократно проверены его же коллегами и независимыми экспертами-учеными. Когда издавалась эта книжка — с этим все было очень строго. Так что тут ты можешь быть спокойна.