Член партии «Общая страна». Входит в городской совет депутатов. Устойчивые слухи твердят, что окончательное решение по важнейшим делам города принимает Плутов.
Генрих Иоганн Фридрих Остерман (в народе Андрей Иванович)[47].
Рудольф в этом не сомневается.
Бывший сотрудник спец. служб. Жесткий. Кремень.
В прошлом году был сто тринадцатым в мировом рейтинге «Форбс». В этом – уже пятьдесят второй.
Год назад в городе было около десяти тысяч зарегистрированных индивидуальных предпринимателей и работающих предприятий. В этом – меньше семи тысяч.
Вся эта информация представлена мне Рудольфом. Когда он говорит о Плутове, лицо его задумчиво, и как мне кажется и что удивительно, еще и тревожно.
До энергичных повествований-открытий Рудольфа об изнанке города, единственное, что я знал о нем – так это то, что по площади наш город один из самых больших в стране. Этим у нас любили гордиться.
Про Плутова я слышал и до Рудольфа. Но также мало. Слышал про его влиятельность. Об этом у нас любили говорить.
Меня все это интересовало мало. Как и наш город. Я собирался уезжать. Поступать в одну из двух столиц.
Сейчас, когда я научился думать, мне было интересно.
Когда Рудольф говорил о Плутове, глаза его загорались.
Новые члены «Мечты». Разговоры с маской на лице в подвале. Исполнение задания. Лица Рудольфа не видно из-за маски. Но я его вижу. В нем нет огня.
Когда Рудольф говорит о Плутове, огонь в глазах вспыхивает мгновенно.
Раньше я видел в городе магазины. Видел спортивные площадки. Видел парки.
Сегодня я обращаю внимания на бабушек, торгующих вязаными носками и редиской из собственного сада. Обращаю внимание на заброшенные здания и надписи «сдам в аренду», которых становится все больше. Обращаю внимание на надписи на стенах, которые в открытую рекламируют наркоту.
Я вглядываюсь в лица людей. Как это делал Рудольф. Как это делает Рудольф. И я начинаю его понимать.
Принцип трех «П». Три «П». Но пока только в ощущении. Пока только морально.
***
Я торопливо перебирал ногами, дабы поспеть за Рудольфом. Он говорил о людях. Он критиковал людей. Он громил людей.
Ларек. Узкое окошко. Красное лицо продавщицы в ожидании.
-Вам нравится ваша работа?- в лоб задает вопрос Рудольф.
Одутловатое лицо продавщицы становится еще бОльшим.
-Чего?
-Когда вы были маленькой, кем вы мечтали стать?
Продавщица растерялась. Не понимая, как реагировать, она уставилась на Рудольфа пуговичными глазами, в которых, казалось, уместилась вся растерянность ее потенциала.
-Брать что-нибудь будете?- наконец промолвила она.
Рудольф достал из кармана сторублевую купюру.
-Отдам ее вам за ответ на вопрос.
Продавщица оживилась.
-Когда вы были маленькой, кем вы мечтали стать?- повторил свой вопрос Рудольф.
Продавщица задумалась.
-Балериной,- сказала она уверенно и как-то странно улыбнулась. То ли смущенно, то ли хитро.
Рудольф достал вторую купюру номиналом в сто рублей.
-Еще один вопрос?
Продавщица радостно закивала головой.
-Вы довольны своей работой?
Продавщица собиралась было быстро ответить – с тем же воодушевленным выражением лица, что раньше, но Рудольф остановил ее жестом указательного пальца.
-Не отвечайте сразу. Подумайте. Вспомните свои мечты, и то, что с вами стало на сегодняшний день.
Продавщица задумалась. На лбу проявились морщины. Глаза напряженно застыли в воздухе. Продавщица загрустила.
Рудольф улыбнулся, словно, наконец, поймал момент.
-Вы довольны своей работой?
-Нет,- сердито ответила она.
Рудольф достал еще сто рублей одной купюрой.
-Вы довольны своей жизнью?
Продавщица поникла на мгновение. Тут же озлобилась.