Он вышел в путь и уже по проторенной дороге скоро добрался до жилища старца. Тот улыбнулся, увидев юношу, и в шутку попросил того, только не кидать в него камнем. Юноше стало совестно, и он искренне извинился перед старцем. Поблагодарил его за все, и передал ему сосуд. Старец откупорил сосуд и вылил содержимое на землю рядом с цветником. Юноша изумленно посмотрел на старца. Можно было ведь кого-нибудь спасти – недоумевал юноша. Этот сосуд мог быть полезным. Старец сказал, что он уже стал полезным, что свою задачу он выполнил. Юноша не понимал, о чем говорит старец. Старец сказал, что в сосуде находилось не лекарство от всех болезней, а волшебное удобрение для цветов. И капля, что появлялась в сосуде за каждое доброе дело, не смогла бы вылечить юношу. А вылечить юношу могло только одно – доброе дело. На глазах у юноши из земли, куда минуту назад старец вылил содержимое сосуда, вырос необычной красоты цветок. Он был похож на другие цветы, что росли рядом. А цветов в этом цветнике было великое множество.
-Человек должен научиться видеть, а для этого нужно не только смотреть, но и рассматривать. Человек должен научиться слушать, а для этого нужно прислушиваться. Человек должен научиться говорить, а для этого нужно уметь молчать. Видеть, слушать и говорить вот этим,- Илья подытожил свою притчу, и многозначительно указал пальцем в левую область груди – туда, где, как принято считать, находится сердце.
Вот поэтому, он мне и кажется иногда идеальным, ненастоящим.
Эта притча меня не впечатлила. Я слушал Илью, но не проникался его сказом. Излагал он захватывающе. Голос. Ритм. Интонация. Он умел увлечь. История тебя обволакивала. Каждое слово легко и приятно, словно снежинка, опускалось в сознание. Я чувствовал наслаждение от рассказа. От истории. Но не более. Просто приятно. Просто наслаждение. Но это не трогало. Это было неважно. Сказка. Притча. Старец. Юноша. Смыслы. Все это не проникало в душу. Все это билось о закрытую дверь.
Но я успокоился. Слезы уже давно высохли. Были вытерты. Было спокойно. И было больно. Обидно. Это странное сочетание – душевного спокойствия и душевной же грусти. Хотелось услышать Рудольфа.
Но я слышал Илью.
Он говорил обо мне.
К каждой проблеме, к каждому конфликту – внешнему и внутреннему, к каждому сложному вопросу нужно относиться шире и глубже, чем люди привыкли это делать.
Он говорил о принципе капусты или «почему» в кубе.
Представь, что молодой человек украл рубашку в магазине.
Первое «почему». Почему он украл рубашку? Потому что она ему понравилась.
Второе «почему». Почему он украл рубашку? Потому что для него кража это обычный и даже привычный поступок.
Третье «почему». Почему он украл рубашку? Потому что его не воспитали должным образом, когда кража это есть недопустимое деяние.
Проблематику вопроса нужно раскрывать как капусту, лист за листом, аккуратно добираясь до основы.
Все упирается в кочерыжку капусты, а не в ее листья – говорил Илья.
Человек не рождается плохим, человек плохим становится. Изначально человек это милый малыш-ангел. Мы должны понимать это, и на нас лежит обязанность направить этого изначально ангела по правильному пути, заложив в него правильные ценности.