Серьезен. Грустен. Будто действительно переживает за людей. За каждого. Будто.
Тычет пальцем. В каждого. Который, будто ему не безразличен. Будто.
Тэффи? Хм. Оскар[70]. Не меньше. Да и подходит больше. Родственников там больше, чем здесь.
И вновь хлипкий хлопок, и следующий за ним раскат аплодисментов. Опять?
Ненависть «из».
Рудольф оборачивается на меня. Ухмылка. Я вижу.
-Спасибо. Спасибо,- Плутов будто благодарит людей. Будто.
Хм.
Лицо его милое. Словно их советских мультфильмов. Он будто тронут. Будто.
Инспирация фальши[71].
Он доволен. Вот, что не будто. Его нехитрый план работает. Ему верят.
Есть люди, которых ты недолюбливаешь, когда они где-то в стороне, поодаль, особенно, когда ты слышишь, что они говорят о тебе что-то плохое или не здороваются при встрече – ты их еще больше не любишь и укрепляешься в правильности своих суждений о них. Но когда они с тобой разговаривают, особенно, когда бывают милы и доброжелательны, ты кардинально меняешь мнение о них и считаешь, что они не так уж и плохи. Но позже они вновь не здороваются, и ваше мнение о них возвращается в прежнее русло. Мой дед называл таких людей «монетами». В зависимости от такого, какой стороной они упадут, зависит ваше отношение к ним.
-Спасибо вам. Я очень ценю эту поддержку. В этот сложный период мы должны быть вместе, должны быть сплоченными. Перед лицом этих трудностей. У нас особый путь, и мы должны быть едины, чтобы пройти его.
Он поднимается на ноги. Глоток воды. Задумчивый взгляд. Берет микрофон. Выходит к краю сцены – ближе к народу. Вернее, к толпе.
-Мы живем с вами в непростое время. Но нам надо держаться. Терпеть. Наш народ всегда славился выдержкой, терпеливостью. Нет никого в мире, кто смог бы с нами в этом состязаться.
Наши люди раздраженно нетерпеливы к мелким неурядицам и удивительно терпеливы к большим несправедливостям. Это моя мысль. Только родившаяся. Но Плутов об этом знает давно. У него эта мысль в возрасте уже.
Аплодисменты. Без разгона. Не хлипкие. Громкие. Сразу раскат.
Ненависть «из».
Рудольф не поворачивается и в этот раз. Он чувствует. А я вижу.
В прошлом году к нам в город приезжал известный бизнес-тренер – Роби Тоникс. Прямиком из Америки. Его приезд вызвал большой ажиотаж. Билеты, цена за которые начиналась от нескольких тысяч рублей и доходила до нескольких тысяч долларов, разлетелись за пару дней. Местные СМИ только и говорили, что о приезде «лучшего бизнес-тренера в мире». Сотни публикаций пользовательских фотографий с заветным билетом в социальных сетях до начала мероприятия и с Роби Тониксом после. Почти каждый богатый человек нашего города счел за личную обязанность посетить это мероприятие. Понятие престижа актуально всегда. Несколько десятков тысяч рублей за билет в первых рядах для людей состоятельных это совсем не проблема. Но, когда одна за другой появляются откровения, что Ване Иванову или Кате Петровой пришлось взять кредит или продать телефон, чтобы попасть на тренинг Роби Тоникс, это вызывает чувства достаточно смешанные. А у большинства чувства однозначные.
Тогда, когда я впервые услышал об этом, мне было смешно. Сейчас мне грустно.
Студенты, которые копили на завтраки в столовых, залезали в долги, только бы услышать волшебный совет, который откроет перед ними новые горизонты и навсегда выведет из пучины безденежья. Были и те, кто, говоря по-простому, ради хвастовства, брали займы, только чтобы на их страничке в Инстаграм появилось лицо известного на весь мир человека. Чтобы показать другим, что они тоже в этой тусовке. Хотя бы на день. И неважно, что потом они будут работать несколько месяцев как батраки, чтобы вернуть долг.
Тогда мне было смешно. Сейчас мне грустно.
Роби Тоникс – человек в потертых джинсах и серой футболке, непритязательной кепке и уже изрядно поношенных коричневых кроссовках приехал выступать перед смокингами от итальянских кутюрье, платьями с драгоценными камнями в первых рядах, и прилежно одетых, отстиранных, отглаженных одеждах где-то на галерке. Он ходил из стороны в сторону и рассказывал, как нужно зарабатывать деньги. Нет, он не раскрывал секреты, где можно найти самих недорогих поставщиков, где можно найти готовых клиентов, не делился бизнес-планом по открытию прибыльного дела. Он говорил, что, чтобы двигаться вперед, нужно идти. Он говорил, что, когда ты падаешь, нужно подниматься. Он говорил, что, чтобы быть успешным нужно верить в себя. Верить в себя – повторял он в микрофон. И смокинги с платьями повторяли за ним. Переглядывались, улыбались, и повторяли. Отглаженные и отстиранные одежды на галерках повторяли с еще большей, чем первые ряды и даже сам Роби Тоникс, энергией. Они словно собирались выбить каждую копейку, потраченную на билет.