Подхожу вплотную к экрану.
Сегодня прошла встреча Рима Владимировича Плутова….
Плутов что-то говорит в камеру. Самая важная сделка в истории банка. Он доволен. Он спокоен.
Показывают общие планы банка. На площади стоят будки и ларьки. Как было всегда. Внутри банка кипит работа. Люди снуют из стороны в сторону. Как было всегда. Все спокойно. Все как всегда.
Значит, Рудольф не сделал свое заявление. Значит, не было крыши. Значит, его «мечтатели» не получили сигнала. Значит, его Большое дело осталось несделанным, а Большая цель осталась недостигнутой.
Слава Богу.
Я ему помогу. Непременно.
Мне стало еще лучше от этой новости, от этой мысли. Еще больше духа. Еще крепче.
Чувствую себя бодрым, полным сил.
-Ну, когда выполнишь желание?
Женский голос. Такое ощущение, что он направлен в мою сторону. Упирается прямо в спину.
Я продолжаю смотреть в экран телевизора.
-Руслан.
Я оборачиваюсь. Незнакомая девушка. Медсестра.
Откуда она знает моя имя? Смотрит на меня.
-Ты что оглох?- она мило улыбается.
Я не нахожу, что сказать.
-Мы знакомы?- наконец смог выдавить из себя хоть какие-то слова.
Она игриво смеется.
-Нет, не прокатит. Так, когда желание исполнишь?
-Какое?- спрашиваю настороженно.
-Ну, это надо подумать. Ты расслабься, чего такой напряженный,- она слегка бьет меня по плечу.
Она пристально смотрит в мое лицо. Я растерян. И серьезен. Вернее, пытаюсь быть.
-Ты в порядке?- теперь уже и она выглядит серьезной и настороженной.
Пытаюсь улыбнуться. Получается криво, нескладно. Чувствую.
-Вы, наверное, с кем-то меня путаете,- говорю неуверенно.
Она смотрит вопросительно.
-Я вас не знаю. И в первый раз вижу,- лицо мое столь сосредоточенно и даже тревожно, что ни о каких шутках или розыгрышах не может быть и речи.
Она это понимает и теперь уже растерянно смотрит на меня.
-Вы ведь Руслан?
Киваю.
-Вы были донором для своего отца. Ему делали операцию совсем недавно.
Киваю.
-Лена,- девушка останавливает другую медсестру и задает ей два последних вопроса, что задавала мне.
Лена недоверчиво глядит на эту девушку, но, видимо, понимая, что та серьезна в этих своих вопросах, дважды кивает головой – по разу на каждый вопрос.
Затем незнакомка переводит взгляд на меня и улыбается. Искренне так. Улыбкой Дюшена[123].
-А ведь чуть было не повелась. Ну, актер из тебя так себе – неплохой, но ничего особенного,- язвительно замечает она.
Что это значит? Кто эта девушка? Кто эта Лена? Откуда они меня знают?
-Я вас не знаю,- ничего более не сказав, быстрым шагом я направился в свою палату.
Аккуратно, чтобы не разбудить отца, я закрыл дверь, и спешно лег на кровать.
Голова кружилась. Первые минуты я пытался прийти в себя и, крепко зажмурив глаза, старался ни о чем не думать. Я думал единственно о своих крепко зажмуренных глазах.
Почувствовав себя немного лучше, я открыл глаза и тотчас вспомнил, что Рудольф не сделал свое Большое дело. Эта мысль придала мне дополнительные силы.
Но мысли о незнакомых медсестрах, которые откуда-то знали меня, то и дело вытесняли из моей головы Рудольфа и его несостоявшееся дело.
Может, в больнице есть еще один Руслан, похожий на меня, и который также является донором своему отцу? Руслан – имя не редкое, внешность у меня не уникальная. А в этой больнице, наверняка, десятки таких же, как я доноров и их отцов.
Уверенный в собственных рассуждениях, я все же решил убедиться в этом окончательно, посетив врача. И тут в моей памяти всплыл еще один немаловажный жирный штрих. Слова врача «мы вам обещали» перед самой операцией. Но я никогда до этого дня не видел этого врача, и соответственно ничего не мог ему обещать. Я даже не знаю, как его зовут.
-Нет, на сегодняшний день в больнице вы единственный Руслан. И донор вы пока только один в больнице,- врач был убедителен.
Может, те медсестры меня разыграли?