Мудрость это свобода. Двигаешься дальше. Словно ум это квадрат. То есть четыре скрепленные границы. Ты можешь наполнять этот квадрат. Информация. Математика, история, география, литература, космос. Знания. Интеллект. Эрудиция. Запутываешься. Неприятные ощущения. Думаешь. Копаешься. Ум это совокупность. Но в квадрате. Ограничен. Думаешь. Вроде, нормально. Коряво. Но. А мудрость это то, что может выходить за границы квадрата. Мудрость не ограничена. Улыбаешься. Неплохо. Приятно.
Маленькая победа. Или большая? Ты по-своему определил, что такое мудрость. Дал формулировку. Не смотрел в справочнике. И даже в поисковике не забивал. Сам. И получилось неплохо. Поэтично.
Ум это ограниченный квадрат. Мудрость – то, что может выйти за пределы этого квадрата. Ты доволен.
Рудольф говорит. И сейчас я хочу говорить тоже. Я стал увереннее. Смелее. И если раньше я только отвечал, сейчас говорил сам. Мы на одной волне. Не то, чтобы я готов продолжить его полуслово. Но движемся в одном направлении.
Мир, и вправду, плох. Циничен. Жесток. А наша страна? Рудольф критичен как никогда. А наш город? Рудольф критичен как всегда. Еще больше. Кажется, о человеческих пороках он знает все. О страданиях. О темной стороне. О коррупции. О лицемерах. Бесконечный поток. Негатив. Наполняет меня. Закачивает в меня.
«Истина любит критику, от нее она только выигрывает, ложь боится критики, ибо проигрывает от нее[20]». Осталось понять, где истина, а где ложь.
Грустно становится. Вспоминаю маму. Как бы хотелось ее тепла. Без нее тяжело.
Этот мир ужасен. Эти люди. Сколько брошенных. Сколько голодающих. Сколько болеющих. Но им можно помочь. Не в них дело. Этот мир ужасен. Эти люди. Сколько лицемеров. Сколько циников. Сколько жестоких. Сколько глупых. Как им помочь? Дело в них. Этот мир ужасен.
Инфантилизация[21] общества.
Копроэкономика[22].
«Человек одинок» Эриха Фромма[23].
Страшный новый мир.
10
-Давайте все,- Илья мило улыбается. Он это умеет.
Бабушка улыбается еще милее. Сколько неподдельной радости в глазах.
-Куда же тебе столько, внучек,- негромкий голос не верит своему счастью.
Один кулек. Второй. Третий. Четвертый. Пятый. Пакет клюквы готов.
Еще один кулек. И еще один пакет. Вышло два пакета.
Илья достает пятьсот рублей.
-Да куда столько,- бабушка искренне недоумевает.
-Возьмите, пожалуйста.
Бабушка растерянно сжимает купюру в руке.
-Спасибо, внучек, спасибо. Храни тебя Бог.
-И вас.
Бабушка не верит своему счастью. Илья прощается. Я смотрю на бабушку. Показалось, что-то в глазах блеснуло. Надеюсь, показалось. Ничего искренней эмоций бабушки не припомню за эти восемнадцать лет. Какое-то особо чувство. Не хватает знаний, чтобы облечь это чувство в слова.
Пятьсот рублей.
Бесконечная радость.
Илья покупает еще что-то.
-Сколько стоила клюква?- спрашиваю, когда отходим от небольшого стихийного рынка на остановке уже на приличное расстояние.
-Десять кульков,- Илья задумывается на мгновение,- Двести пятьдесят.
-Она ушла?- оборачиваюсь, но торгового места бабушки отсюда не увидеть.
Илья улыбается.
-А что ей еще делать? Товар весь продан. Возможно, двух или даже трехдневный объем.
-И что она теперь будет делать?- наивно вопрошаю то ли у Ильи, то ли у самого себя.
-Соберет новую клюкву.
-Сама?- почти поражаюсь.
Илья вновь улыбается.
Пятьсот рублей. Сколько радости в глазах. Она не верила в свое счастье. Сжимает купюру. Растеряна. Пятьсот рублей. Трехдневный товар. Сама собирает и продает. Три дня.
-На самом деле, это ведь не только заработок,- Илья замечает мое настроение,- Это выход в свет, так сказать. Общение. Свежий воздух.
Пятьсот рублей. Вспоминаю Владимира Романовича. Египет. Италия. Море. Или. Кровать. Телевизор с кинескопом. Клюква. Кулек из пожелтевшей газеты. Пятьсот рублей.
Всю дорогу я думал о бабушке. И только когда Илья меня окликнул, я, будто проснулся.
***
-Заходи, говорю,- Илья терпеливо держал дверь. Обшарпанную. Прогнившую. С дырой в центре.