Но я успокоился. Слезы уже давно высохли. Были вытерты. Было спокойно. И было больно. Обидно. Это странное сочетание – душевного спокойствия и душевной же грусти. Хотелось услышать Рудольфа.
Но я слышал Илью.
Он говорил обо мне.
К каждой проблеме, к каждому конфликту – внешнему и внутреннему, к каждому сложному вопросу нужно относиться шире и глубже, чем люди привыкли это делать.
Он говорил о принципе капусты или «почему» в кубе.
Представь, что молодой человек украл рубашку в магазине.
Первое «почему». Почему он украл рубашку? Потому что она ему понравилась.
Второе «почему». Почему он украл рубашку? Потому что для него кража это обычный и даже привычный поступок.
Третье «почему». Почему он украл рубашку? Потому что его не воспитали должным образом, когда кража это есть недопустимое деяние.
Проблематику вопроса нужно раскрывать как капусту, лист за листом, аккуратно добираясь до основы.
Все упирается в кочерыжку капусты, а не в ее листья – говорил Илья.
Человек не рождается плохим, человек плохим становится. Изначально человек это милый малыш-ангел. Мы должны понимать это, и на нас лежит обязанность направить этого изначально ангела по правильному пути, заложив в него правильные ценности.
Этот мир такой, потому что ему не хватает мудрости, выручки и помощи, которые должны исходить от взрослых людей. Я не оправдываю кражи и насилие – говорил он почти самозабвенно, я только призываю воспитывать и помогать. Помогать другим – вот смысл жизни, который ты ищешь.
Он говорил о принципе кубика Рубика.
Человеческие взаимоотношения, человеческие отношения к чему либо – проблемные, конфликтные и тому подобные это в своем роде разобранный кубик Рубика.
И если капуста с кочерыжкой и тремя «почему» еще как-то укладывались в моем сознании, не вызывая при этом большого удивления, то, услышав, в том контексте, в котором сказал Илья, о хорошо знакомом мне с раннего детства кубике Рубика (мы с мамой часто собирали его вместе, и собрав, наконец, гордо вспоминали об этом на протяжении нескольких дней), я застыл в изумлении.
Илья улыбнулся своей обволакивающей улыбкой – сейчас объясню.
Он сказал, что каждый конфликт, каждое недопонимание это своего рода разобранный кубик Рубика. Маленькое недопонимание – кубик с несколькими несовпадающими квадратами – легко решается, если правильно собрать и не запутать дальше. Большой конфликт – более разобранный кубик, и здесь уже сложнее его собрать.
Но любой конфликт можно решить, как и любой кубик можно собрать.
На каждой стороне кубика есть много квадратов, как и у недопонимания между людьми или в самом человеке есть много обстоятельств, на которые мы не обращаем внимания, или о существовании которых мы даже не знаем. И при маленьком, и при большом конфликтах эти обстоятельства существуют, как и продолжают существовать квадраты кубика, в независимости от его запутанности.
При маленьком конфликте эти обстоятельства не столь важны, но многие не знают об этих обстоятельствах и при больших конфликтах, когда важность этих обстоятельств, этих квадратов огромна и по сути своей часто решающая.
Обстоятельства это факты, это вопросы, это воспоминания.
Как и в кубике Рубика, каждый квадрат важен сам по себе, но еще большую значимость он обретает в комплексе. Не по принципу – тысячу раз сделал хорошо, один раз плохо – нет. Эти тысяча раз это тысяча цветов квадрата, тысяча обстоятельств. Важность квадратов относительна, также относительны и внутренние обстоятельства любых конфликтов. Это более широкий, более глубокий взгляд на жизнь и взаимоотношения. Тут он прервал свою речь и с важным видом проговорил – и вообще, жизнь это комплекс относительностей и нужно научиться эти относительности соотносить – после этого продолжил прежним спокойным размеренным голосом. После того как ты разберешься в цветах кубика, в относительности его квадратов, ты сможешь его собрать, и после того, как ты разберешься в обстоятельствах проблемы, в относительности его внутреннего устройства и вообще устройства его самого, ты сможешь решить проблему.