Они еще долго сидели у ее тела, пока не явился врач. Сказала позвонит им, когда можно будет забрать девушку, и с каменным лицом выпроводила их.
Похороны, прошли не лучшим образом. Артем с трудом удерживал Игната. Он порывался лечь рядом с Нинэль. Дамир держал Богдана, который порывался как Игнат, уйти за единственной любимой женщиной их семьи.
Народу было очень много, но Игнат не видел никого. Мысль, что Нинэль больше нет, убивала и его. Агата стояла в стороне. Она не успела познакомиться с Нинэль, но была благодарна ей, за то, что вытащила из психушки. Василису, Димка увез к родителям. Оставил там конвой, чтобы глаз не спускали. Ей нельзя сейчас нервничать.
Ты дождись меня, Нин, – мысленно разговаривал с любимой Игнат, – я скоро к тебе приду. Не нужна мне эта жизнь без тебя. Слышишь!
– Парни, что я сделал не так? – еле слышно обратился к друзьям, уткнулся в грудь Артема, роняя слезы горя.
– Не вини себя, – тихо ответил Димка.
– Я так боялся потерять ее, из-за того, кто мы есть. А потерял так нелепо, но все равно виню, только себя. Я мог, дать ей другую жизнь, но сам оттолкнул её.
В тот момент, кажется и не стало Игната. Она была единственной, ради кого, он пытался оставаться человеком. После похорон, Богдан отошел от дел, уехал в другую страну. Не мог находиться в столице. Этот город, забрал у него двух, любимых женщин. С сыном, практически не общался. Игнат и не желал, замкнулся в себе.
Он утопал в страданиях. Забросил Аркан, благо друзья все держали под контролем. Плакал и пил, желая скорее умереть, чтобы встретиться с Нинэль. Каждый день, в течение года, приходил на могилу. Снова пил, разговаривал с бездушным изображением на памятнике. Нина всегда ему улыбалась. Эту фотографию, он сам выбрал.
– Вот мог бы, вернуть все обратно, вернул бы, – заплетающимся языком бубнил, гладил холодный камень, – я бы, женился на тебе. Детей бы с тобой родили.
Вздрогнул, когда почувствовал теплые ручки на своих холодных. Повернул голову, опустил виноватый взгляд на землю.
– Прости Василек, я чет не в форме последний год.
– Не мучай себя, Игнат. Ты о ней подумай. Разве ей нравится, наблюдать за тобой таким? Ты ей больно делаешь.
– Это ты верно подметила, я всегда делал ей только больно.
– Пойдем домой. Там Дамир с Матвейкой тебя ждут.
– Он красивый у вас получился, – обнял Василису, – на Димку похож, только рыжий.
– Еще и не понятно, на кого похож, – улыбнулась Васька, – пойдем, я очень тебя прошу.
– Пойдем, – тяжело вздохнул, попрощался с Нинэль, и с трудом перебирая ногами дошел до машины. Домой его заносил Дамир, так как в машине Игнат вырубился.
На утро, было очень хреново. Не успел глаза раскрыть, уже искал бутылку. А нашел Василису.
– Если ты ищешь выпивку, я все выкинула. Условия такие, ты приводишь себя в порядок. Мы с тобой поживем недельку, если ты и потом решишь, что хочешь загнать себя в могилу, мешать не станем. Но сейчас, ты встаешь!
– Ладно Вась, я понял, только не кричи.
– Вот и умничка! – протянула ему стакан воды, две таблетки ацетилки, – выпей, немного легче станет. И советую принять душ, от тебя воняет бомжем.
– Вась, с тобой не умрешь, – держась за голову пробубнил недовольно. Немного приподнялся, закинул таблетки в рот, осушив стакан воды, вернул голову на кровать.
– Именно поэтому, я рядом! Поднимайся, Агатка там завтрак приготовила.
– Неужели я надеялся, что вы меня в покое оставите.
– Глупо было так думать. Но, я думаю мы дали тебе достаточно времени. Нам всем очень жаль, – Васька опустила глаза на руки, крутя обручальное колечко. Всегда сложно, говорить в такие моменты. Да и нужны ли эти слова, – но Нинэль, будет рада, если ты наконец станешь человеком, и продолжишь жить дальше.
– Не обещаю, что у меня получится. Но обещаю, что попробую. Для начала встать с кровати, – глухо выдохнул, с трудом оторвал голову от подушки.
Василиса спустилась вниз, предоставляя время Игнату. Сидел на кровати, погрузив пальцы в волосы, облокотившись на колени локтями.
Задумался. Уже прошел год, с момента ее смерти, но он практически ничего не помнит. Только их ночь, только ее глаза, только боль. И море вины, с которой придется жить до конца.
Вытер слезу с отросшей щетины. Поднялся, и пошел в ванную. Посмотрел на себя в зеркало. Постарел, в свои двадцать девять, в черных волосах виднелась седина. Под глазами синяки, похудел. От былого Игната не осталось и следа. Принял душ, пытаясь смыть с себя запах алкоголя. Завис, облокотившись на стену руками. Горячая вода, обжигала струями кожу на спине, но ему все равно. Прикрыл глаза. Как же найти стимул, чтобы жить дальше? Ради друзей, он попытается. Если не получится, он уйдет к ней.