Внезапно его рука замерла, не докончив движения. Из изрезанного зазеркалья на него смотрело другое лицо. Уродливое, изрытое оспинами, покрытое тёмными пятнами, зловещее, оно принадлежало не ему. Он медленно сполз на колени.
– Дай мне ещё шанс! – в отчаянии и страхе заговорил он, – Я всё сделаю! Ещё немного времени! Только несколько дней. Ты получишь его. Я прошу, умоляю... Чёрт... Говорю же всё сделаю. Всё, что угодно. Я гарантирую. Я всё продумал. Всего лишь немного времени. И всё, и всё...
Он протянул руку и, лишь только, коснулся зеркала, оно лопнуло, распавшись на мелкие части. Осыпавшиеся осколки смешались с кристаллами на полу.
Он оглянулся. В помещении никого не было. Закрыв лицо ладонями, он склонился к самому полу и забормотал:
– Сама виновата! Сама, сама, сама... Во всём…
13. Вот и чудно!
Ему стало намного лучше. Должно быть то, что его вывернуло наизнанку и он полностью опорожнился, ему здорово помогло. Он накрыл один таз другим, задвинув их в дальний угол, и стянул с манекена свою одежду. Одеваться он не стал, а постелил джинсы в самом тёплом месте, которое обнаружил, и свернувшись на них, прикрылся рубашкой. Ему удалось немного подремать. К моменту, когда ключ снова заворочался в замке, он уже несколько минут не спал. Боль совсем прошла, но телом владела страшная слабость и мучала жажда.
На этот раз телохранитель объявился один. Он присел возле него и сочувственно произнёс:
– Ну ты как, нормально, земляк? Извини – служба. Сейчас в душ по-быстрому, и к шефу на небо. Ждёт…
Снова непонятный аттракцион с крутящейся платформой. Из-за слабости и боязни потерять равновесие ему пришлось расставить дрожащие ноги, как можно шире, но было невозможно опустить голову и оторвать взгляд от звёзд, которые описывали круги в тёмном небе над ним. Потом, за прозрачными стенами, закружились огни ночного города; на проезжающем мимо стеклянном стуле очаровательная девушка пригубила бокал с вином и ослепительно улыбнулась ему; затем, так же плавно, удалились расположившиеся в заманчивых позах на белоснежном ковре с длинным ворсом негритянка и азиаточка в откровенных нарядах, неотрывно глядящие в глаза друг другу; приблизился диван, обращённый к нему спинкой, над которой была видна шевелюра Хозяина и угадывалась женская фигура склонённая к его коленям. Платформа замерла. Девушка на диване выпрямилась, не спуская глаз с мужчины, соблазнительно провела ладонью по своим губам. Хозяин поправил одежду и энергично поднялся с дивана, девушка хотела удержать его за кисть руки, но тот провёл тыльной стороной ладони ей по щеке и подбородку и мягко отнял руку.
Хозяин подошёл вплотную к Оскару.
– Ну что же ты сразу не сказал, что ты из городка? – спросил он дружелюбно, – Я ведь тоже сознания и ума там набирался. Странно, что раньше не встретились.
– А как вы догадались, что оттуда, если не секрет?
– Сибиряк сибиряка видит издалека. Номер УВД в твоём загранпаспорте. Вещи в целости и сохранности. Не беспокойся. Извини, что так получилось. Надо было сразу сказать, что алмаз у Марии. И всё.
– Так вы сразу не спрашивали.
– Ну да, ну да... Ну извини, конечно, что прессовать сразу взялись. Ты молодец, что не расплылся.
По вспыхивающему приглушёнными на этот раз цветами полу Хозяин подвёл его к девушке на стеклянном стуле.
– Мисс страны… Правда не знаю какого года. Но, судя по макияжу, не слишком давнего. Специально для тебя пригласил.
Мисс встала и, приблизившись лицом к лицу к гостю, отпила немного из бокала и, поднесла его к губам Оскара. Тот тоже слегка смочил губы в вине.
– Вы её тоже в бриллиант преобразуете? – поинтересовался он.
– Да, неплохой бы получился, – усмехнулся Хозяин, – Ну да ладно... Это шутка была... Она в твоём распоряжении. Заниматься любовью с такой женщиной здесь, на небе, когда весь город под ногами, а ты перед ним, это незабываемо. Девочки от этого едут. Пользуйся возможностью! Не теряйся!
– Да нет, спасибо, – отказался он.
– А может тех цыплят? – Хозяин указал на целующихся взасос негритянку и азиатку неподалёку.
– Нет, нет… – повторил он.
– Что? Мария, да? – понимающе произнёс Хозяин, – Ты прав… С ней никакая мисс не сравнится.
– Я бы откланялся… – сказал Оскар.
– Ещё пару слов…
Как и в прошлую их беседу, он подвёл его к стеклянной стене. Хозяин явно тешил своё тщеславие предположением какое впечатление должен произвести на гостя вид ночного города, открывающийся отсюда. Немного помолчав, он заговорил: