Тот, кто пробуждается к этому звуку, утверждает традицию знания
Вот почему восточные люди такие традиционные, такие ортодоксальные, фанатически ортодоксальные. Они относятся очень нетерпимо ко всему новому. И очень привязаны к старому. Старое - это золото на Востоке, каким бы гнилым оно ни было, это не имеет значения. Оно должно быть старым, и если оно старое, это хорошее. Чем старее, тем лучше. Но конечно, старое - это самая гниль, это будет гнить. Ног люди одержимы этим.
Мужчина подошел к стойке бара, распространяя вокруг себя совершенно отвратительный запах. Он сел в одиночестве в уголок. Весь вечер он сидел там и наслаждался пивом.
В конце концов, одна женщина почувствовала к нему такую жалость, что, зажав нос, подошла к нему, чтобы поговорить.
«Да, - сказал он, - я всегда один. Никто не хочет говорить со мной из-за запаха. Но просто у меня такая работа в цирке, я убираю дерьмо за слонами, и запах просто отвратительный. У меня не осталось друзей, и я чувствую себя очень одиноко!»
«В таком случае, - спросила она, - почему бы тебе не уволиться с работы?»
«Что, - поперхнулся мужчина, - расстаться со своим имиджем?»
Никто не хочет ни от чего отказываться. Люди привязываются к старому, потому что они привыкли к нему. Запад всегда ищет новое, а Восток всегда ищет старого. Запад постоянно открывает новое, а Восток постоянно пытается доказать: «Наши писания намного более древние, чем вы думаете!» Историки говорят, что Ведам может быть самое большее три тысячи лет, ну, в крайнем случае, пять тысяч лет, не больше того. Но индуисты не хотят с этим соглашаться. Локманья Тилак попытался доказать, что Ведам, по крайней мере, девяносто тысяч лет. Почему быть так одержимыми древностью?
Мандукья Упанишад говорит в этой сутре:
Тот, кто пробуждается к этому звуку, утверждает традицию знания
Традиция становится более важной, чем открытие. Ориентация на прошлое становится образом жизни интровертов. А эстраверты ориентированы на будущее. Они всегда заглядывают в будущее. Их золотой век еще должен наступить. А интроверты? Их золотой век уже давно завершился: рамарджайа, царство рамы. Золотой век прошел, и теперь все только отдаляется от этого, мы падаем все ниже и ниже, упадок.
Восток говорит о том, что самые лучшие дни были в начале, а теперь мы влачим жалкое существование. Западное видение совершенно отличается от этого. Прошлое не важно. Мы только теперь начали жить. Поэтому запад надеется, на Востоке этой надежды нет, там царит отчаяние, разочарование, фатализм. Там распространен подход предопределенности, который утверждает, что ничего нельзя сделать. Сейчас такое время, Кали Иуга, самое плохое время. Самое большее, что можно сделать, это творить добро настолько, насколько вы можете. Многого сделать конечно нельзя, но нужно пытаться сделать столько, сколько вы можете. Нужно украшать, устраивать все немного, как-то проводить время. Вскоре это творение будет разрушено, начнется новое творение, потом снова наступит новый, первый век, Сатъя Йуга, век истины. Но сейчас царит век тьмы. Осознайте! Ориентация на будущее несет в себе определенные трудности, потому что вы не можете жить в настоящем. Ориентация на прошлое также имеет свои трудности, вы также не можете жить в настоящем. Поэтому в настоящем не живет ни Запад, ни Восток. Восток живет в прошлом, а Запад живет в будущем.
Исследователь услышал звук барабанов, которые раздавались из глубины джунглей. Наполненный духом исследования, он пробил себе путь через чащобу джунглей, в поисках источника этих звуков. В конце концов, он нашел то место, на котором племя аборигенов било по полому бревну.
Он спросил у жреца: «Для чего вы бьете по этому дереву?»
«Нам нужна вода», - ответил тот.
Исследователь спросил у переводчика: «Что он говорит, что им нужна вода?»
Переводчик ответил, не слишком-то вдумавшись в смысл сказанного туземцем: «Не будь таким наивным. Они пытаются починить водопровод!»
Если людям, которые одержимы прошлым, дать современную технологию, они будут переносить в нее свои старые представления. Даже имея последнюю технологию, они не смогут обрести ум ученого. Это происходит ежедневно в Индии. Люди едут на запад для того, чтобы изучать науку, но их предрассудки остаются с ними. Они приезжают обратно с докторскими степенями, но все равно они продолжают делать йаджны, огненное поклонение, когда долго нет дождя. Они идут в храм Ханумана, Бога Обезьян, и поклоняются в нем. Даже врачи, ученые, специалисты в разных областях, которые так хорошо изучили технологию, сохраняют старый ум, он нисколько не меняется.