– Мне пора, док.
Дает мне легкий щелбан по носу. Надевает футболку. Его тяжелый взгляд наемного убийцы возвращается. Стеклянный и очень глубокий. Уставший.
– Кость, вам не надо туда ходить… тебе не надо.
– А Роме? Ему надо? – замыкается.
– Зачем ты о нем сейчас говоришь?
Надевает броник. Куртку. Черную бандану.
«Слишком красив для наемника».
Мне неловко перед ним. На нас косятся медсестры и пациенты с соседних коек. Только сейчас вспоминаю, что мы не одни.
Где-то рядом умирает раненый. А мне плевать. Мой мир сузился до одного человека.
– Завтра зайду.
Встает. Я следом. Теперь разница в росте колоссальна. Краснею. За нами слышится шепоток.
Костя уходит, я за ним. Как собачонка. Нас провожают взглядом. Каждый взгляд прожигает дыру между лопаток. Решето…
– Стой! Соболев!
Не останавливается. Ускоряется.
Обгоняю. Упираюсь в грудь ладонями. Останавливаю.
– Стой тебе говорю!
– Ну что тебе?!
Его колено дергается. Жует нижнюю губу.
– М?!
Молчу. Легкий ветер гладит еще голые веточки. Закат. Его голова подсвечивается заходящим солнцем. Оранжевые лучи ложатся мне на ресницы.
– Твои глаза янтарные, Татьяна.
Вдруг говорит он. Вечер такой тихий. Наш брезентовый госпиталь не шелохнется. Сегодня нам наверняка привезут кучу ребят. И только бы среди них не было ЕГО.
Изображение мутнеет. Влажная пелена застилает, скрывает прекрасный закат.
– Таня, я не могу, понимаешь? Рома – мой лучший друг.
– Мне плевать на Рому.
«Такие люди как он не способны на дружбу… любовь… милосердие» – говорю ему мысленно.
Тонкий ручеек стекает к уголку губ.
– А на меня?
«А я способен?» – как будто спрашивает меня.
Осекаюсь. Нельзя говорить о чувствах. Чувства для слабаков.
– Вернись, Кость…
Подхожу ближе, обнимаю шею. Его руки ложатся на мою талию. Такие тяжелые.
– Вернись ко мне.
Прошу его. Не знаю почему. Сегодня все не так.
Глажу щетинистую щеку. Встаю на носочки. Костя сглатывает. Наши губы настолько близко, что я ощущаю легкую щекотку.
– Тань… я… – выдыхает и…
Земля под ногой вздрагивает. Слышится приближающийся рев мотора. Закрываю глаза.
– Вернусь, – шепчет и отталкивает меня.
Из госпиталя выходят солдаты и грузятся в грузовик.
– Не вернетесь, – говорю им вслед.
Он не слышит. Он уезжает. Остаюсь совершенно одна.
Возвращаюсь внутрь. Остается только ждать. Это просто мука. Нет, пытка.
Пустота. Коллеги ушли пить чай и листать рилсики.
Упираюсь ладонями в каталку. Раз дергаю. Два. Трясу. Толкаю. Разворачиваюсь и с размаху бью ногой в столик с инструментами.
Скальпель, щипцы и прочая утварь кувыркается в воздухе.
Но я уже не слышу, как она падает. Я выбегаю на улицу и кричу.
– КОСТЯ!!!
«Я все равно верну тебя… найду».
Глава 9
– Как ты нашел меня?
Смотрю в карие глаза. Все еще в его объятиях. Уже слишком долго.
– Ты мое задание, – его бархатный баритон все еще согревает меня.
Делаю шаг назад. Проваливаюсь глубже в пушистый сугроб. Стараюсь быть невозмутимой.
– На кого ты работаешь?
Встаю в защитную позу.
– На Алмаза. Слышала о таком?
Скрещивает руки на груди в ответ и облокачивается о ствол дерева.
– Кто ж не слышал… – напрягаюсь, – Знаешь, кто он?
– Нет, общается со мной исключительно по электронной почте под скрытыми аккаунтами.
– Где же он? – развожу руками в замороженной пустыне.
– Не знаю.
– Зачем я ему?
– Не знаю. Задание – вытащить девушку из погони. Я не знал, что это будешь ты.
Я все ждала, что он скажет, что Алмаз – это он. Продолжаю допрос.
– Думаю, его цель – Аристов старший. Иначе Рома был бы уже мертв еще вчера. Как считаешь?
Заигрываю с его смекалкой. Флер трогательности встречи развеялся в профессионализме двух не очень порядочных людей.
– А какие цели преследуешь ты, Татьяна?
– Хотела сбежать, но передумала. Надо завершить дело нашего Робина Гуда.
Ледяные иголочки побираются под одежду. Начинаю зябнуть.
– Зачем? – Костя удивлен, возможно он хотел сбежать вместе со мной…
Вспоминаю нашу последнюю встречу. Ком в горле забирает кислород.
– Зачем? – повторяет.
– Хочу убить Виктора Сергеевич Аристова, за все, что он сделал со мной, – достаю из кармана пистолет вместе с ненавистью и желанием мстить, – И на этот раз я не промахнусь. Идем со мной?