Потом вместе вышли на улицу. Шумский был на машине. Предложил отвезти домой, она согласилась. Но сразу домой не повез. Долго катал по городу. Предложил пойти в кино. Она согласилась…
Потом он неожиданно пропал. Не звонил и не появлялся почти месяц.
Однажды она шла к троллейбусной остановке. И вдруг два коротких сигнала автомобиля. Знакомые «Жигули» стояли у бордюра, напротив книжного. Из машины вылез загорелый, улыбающийся Шумский.
— Здравствуйте, Лидочка! Сто лет вас не видел.
— Я тоже, — только и произнесла она. Чего лукавить, она обрадовалась этой встрече.
— Поболтаем?
Она села на переднее сиденье рядом с Шумским и, видимо, плохо прикрыла дверцу.
— Да не так же, — улыбнулся Шумский, и она почувствовала, как его рука скользнула по ее спине и задержалась на талии. Лиде сделалось как-то по-новому тревожно, она повернулась, и он привлек ее к себе. Они внезапно поцеловались.
— Вы… Вы… Я никуда с вами не поеду.
— Лидочка, я так соскучился.
— Нет, так не пойдет, Сергей Иванович! У вас есть жена, у меня муж…
— Же-нна… — протянул Шумский. — У нас давно с ней… На море ради детей съездил.
— Я не знаю ваших отношений, но если такое еще повторится…
— Лидочка, клянусь!.. — не дал договорить ей Шумский.
Домой вернулась в десятом часу. Света уже спала, Дима готовил уроки, Виктор сидел на диване и смотрел программу «Время».
— Ну, как фильм?
— Ничего, — соврала она. Ей казалось, что он прочтет сейчас в ее глазах всю правду. А Виктор зевнул и прилег. «Эх, ты, Шерлок Холмс», — подумалось с недоброй усмешкой.
Она прошла в спальню к Диме. «Все! Кончать! — стучало в голове. — Вот и Димка из-за меня с уроками затянул». Проверила его тетради и вернулась в зал. Виктор сладко посапывал на диване. Она вздохнула и решила: «Нет, никаких романов».
…Он позвонил ей в день, когда должны были хоронить убитую девушку. Виктор и Сайко собирались на кладбище. Ей было не по себе, и она согласилась.
— Прокатимся за город, — предложил он.
У березовой рощицы Шумский повернул машину на проселочную дорогу. Предложил перекусить. Она кивнула. Машина выехала на поляну и остановилась. Лида вышла.
— Хорошо? — взволнованно спросил Шумский, подходя к ней.
Она опять кивнула и вдруг оказалась в его объятиях.
Потом он расстелил чехол, на нем появилась колбаса, хлеб, помидоры, огурцы, виноград и бутылка коньяка.
— Зачем это? — с испугом спросила Лида, глядя бутылку.
— Лидочка, мы ни разу не выпили за наше знакомство.
— Но вы за рулем? Вам нельзя.
— Ничего. Я чуть-чуть.
Она сделала два глотка, но он упросил выпить коньяк до дна. Выпил и сам. Еще совсем по-летнему пели птицы; откуда-то налетели пчелы, закружили над помидорами и виноградом. Они говорили, целовались, смеялись. У Лиды сладко кружилась голова: последний день запоздалого бабьего лета… «Я счастливая? — думала она. — Или нет?»
Вдруг он крепко обнял ее, припал к губам и больно прижал к земле. Лида вывернулась и вскочила на ноги.
— Да вы… Да вы… Ну-ка, немедленно заводите машину!
— Лида!..
— Сергей Иванович!
— Лидочка, пойми… Это безрассудство, но… Но это чувство.
— Вот поэтому мы больше и не будем встречаться, — твердо заявила она.
Долго ехали молча.
— Эх, Лида, Лида, — сказал Шумский. — Знали бы вы мою жизнь. Жена… Я с ней больше не могу…
— Это ваше дело, — отрезала она.
Он привез ее на Садовую и остановился у арки.
Вылезли из машины.
— Разрешите поцеловать на прощанье?
Она поколебалась и вдруг решительно подставила ему щеку…
Эту сцену и увидел Сайко.
Дверь в квартиру Измайловой Ивану открыла Люда Скуратова. За нею в прихожую вышла Валентина Васильевна.
— Проходите, проходите, молодой человек! Доченьку помяните.
Люда принесла табурет, поставила перед ним чистую тарелку, а кто-то из мужчин налил в его стопку водки.
— Ну, царствие ей небесное. Хорошая девочка была. Пусть будет ей земля пухом, — произнесла старушка справа и, сильно сморщившись, осушила рюмку. Все последовали ее примеру.
Когда выпили по третьей, поднялись покурить. Вышел на лестничную клетку и Сайко. Прижался к перилам рядом с Женей Виленским. К ним подошел тот мужчина, что налил Ивану первую рюмку.
— Ну, что, скоро зверюгу поймаете?
— Поймаем, батя, поймаем, — заверил его Сайко. — А вы кем Наташе доводитесь?
— Сосед. Правду поговаривают, что вы уже кого-то взяли?
— Пока не имею права ответить.