На дальнейшее обдумывание причинно-следственных связей в этом нападении времени не было и потому эльфийка скомандовала "вперед". Следующий отрезок пути прошел на удивление спокойно. Перед эльфами показалась вторая река из трех. Она была не такой быстротечной, как ее предшественница. Переправа так же была налажена. Поэтому препятствие было преодалено быстро.
Осталась пройти всего одну реку.
Когда показалась третья река, было уже несколько часов темно. Поэтому ничего не оставалось, кроме остановки на ночлег возле реки. За пять минут эльфы разбили лагерь, разожгли костры и составили план дежурства.
Спать никто не хотел, до рассвета еще много времени, поэтому все эльфы сидели возле костра и обменивались историями. Не было у костра только тех, кто первым нес дежурство. И Риза, который был в своей палатке и рассматривал драконье яйцо. Оно ничуть не изменилось внешне с момента, когда Риз первый раз взял его в руки. В конце концов это занятие наскучило Ризу.
Выйдя из палатки, он увидел эльфов, сидящих вокруг костра, двадцать три души. Еще шестеро дежурили вокруг лагеря. А тридцатой была Алараэль, сидевшая в стороне от костра возле своей палатки и смотрела на пламя, укутавшись в мех.
Недолго думая, Риз подошел к ней и сел справа от нее, не говоря ни слова. Он так же устремил свой взор на огонь, изредка поглядывая на эльфийку. Она все так же сидела, как будто не замечая его присутствия. Однако она первой нарушила молчание.
— Вот я смотрю на это пламя… И в голове представляю себе, на что было способно такое же, на первый взгляд, пламя, только созданное дыханием дракона. Это сокрушительная мощь, сметающая все на своем пути… Драконов боялись и уважали абсолютно все, они были на самой вершине своей силы, когда один из них своим экспериментом разрушил все, чего добились драконы. И вот плод этого эксперимента мы везем в поместье моего брата, даже не задумываясь о том, что это может поставить крест на всех снежных эльфах.
Риз сидел, слушал и смотрел в глаза эльфийки, устремленные к пламени. Ярко-синие глаза, присущие подавляющему большинству снежных эльфов, были наполнены какой-то непонятной грустью и затаенным страхом.
— Вот скажи, человек, для чего ты украл этот проклятый камень? Почему людям не сидится на месте и постоянно хочется нарваться на проблемы?
Этот вопрос сильно удивил Риза, и ответил он не сразу.
— Те, кто велел мне взять это яйцо и принести им, расчитывали с помощью него создать перевес сил в свою сторону. В войне это необходимо.
— Это опрометчивое решение.
Больше эльфийка ничего не сказала, просто встала и пошла в свою палатку. А Риз остался сидеть на прежнем месте и смотреть на пламя.
Спустя минуту на плече Риза плоской стороной оказался клинок Алараэль, а над ухом прозвучало:
— Давай проверим, как ты сражаешься. Бери свой меч.
Идея тренировочного поединка не показалась Ризу интересной, однако он пошел к своей палатке, взял меч и вернулся.
Эльфы уже стояли кругом вокруг поединщиков и делали ставки. В основном не в пользу Риза. Звучали так же голоса, предсказывающие, сколько Риз продержится против эльфийки.
Когда прозвучал сигнал к началу поединка, эльфийка сразу стала наседать на Риза, оттесняя его к границе круга. Со стороны удары эльфийки напоминали ураган, и Риз еле успевал отбивать удары, не то что атаковать. Град ударов в исполнении эльфийки многих заядлых фехтовальщиков поверг бы в шок. Безумная скорость атаки в сочетании с многолетней тренировкой и отшлифовыванием умения обеспечивали Алараэль превосходство в поединке против многих фехтовальщиков.
Риз серьезно уступал эльфийке и в технике ведения боя, и в скорости. Именно поэтому она его подловила, обезоружила и повалила на землю. Один из эльфов выкрикнул время. Сорок шесть секунд.
— Неплохо для человека, но все равно слабо. — Такую оценку дала Алараэль, подавая Ризу руку.
Поднявшись и отряхнувшись от снега, Риз подошел к Алараэль, которая уже была рядом со своей палаткой. Ее взор снова был устремлен к пламени костра.
— На твоем месте, я бы не стала так близко подсаживаться к эльфийке.
— Почему? И разве я близко подсел?
— Да. Эльфийки не любят, когда к ним подсаживаются люди.