Этот взгляд даже нельзя было бы назвать предостерегающим. Так смотрит с прилавка замороженная рыба мертвыми, ничего не выражающими и все равно пугающими глазами.
Пальцы Майи нащупали гладкую квадратную кнопку, и в ту же секунду сзади кто-то крепко перехватил ее за обе руки, стянул их назад. «Антон»!
Майя даже не могла пошевелиться. Она все-таки попыталась дернуться, но без всякого толка.
– Тихо, – шепнул ей на ухо Белов, удерживая ее стальными пальцами. – Не надо.
Сема рядом со своим провожатым прошаркал мимо них. Около дверей он оказался зажат между двумя громилами. Конвоируя ювелира с двух сторон, они очень быстро спустились к машине, посадили Дворкина внутрь – и джип сорвался с места раньше, чем успела захлопнуться задняя дверца.
Только тогда оцепенение спало с Майи. Она обернулась к Антону, который разжал руки и отошел в сторону.
– Ты что?! С ума сошел?! Это же грабители!
Он покачал головой.
– Это не грабители. Это люди Хрящевского.
– Какая разница?! Они его увезли!
Антон поднял голову и посмотрел ей в глаза.
– Да, – резко сказал он. – Они его увезли. А ты хотела бы, чтобы они устроили здесь бойню? Если ты не заметила, тот, у двери, держал тебя под прицелом!
– Что они с ним сделают?!
Белов помолчал.
– Что?!
– Ничего не сделают, – неохотно уронил он. – Подержат у себя и завтра привезут.
Секунду Майя смотрела на него расширенными глазами, затем схватилась за телефон:
– Я звоню Верману.
– Не имеет смысла. Ему уже позвонили.
Верман появился в салоне час спустя. При виде его Майя ахнула:
– Господи, Моня, что с вами?
Верман захлопнул дверь, не обращая внимания на растерянные лица двух женщин, собиравшихся зайти в магазин, и опустил жалюзи. Его жилет расстегнулся, из-под жилета торчала рубашка, волосы на голове стояли дыбом. Цвет лица у Вермана стал такой, будто его вот-вот хватит удар.
– Моня, сядьте, выпейте воды!
Антон и Майя усадили ювелира на стул, Белов принес стакан с водой. Верман глотнул, закашлялся и долго не мог прийти в себя – все кашлял и кашлял, держась за горло и выпучив глаза.
– Мне позвонил Хрящевский, – наконец прохрипел Моня. – Дворкин у него.
– Мы знаем, – взволнованно сказала Майя. – Моня, вы звонили в милицию? Звонили?
Верман покачал головой.
– Так чего же вы ждете?! – поразилась Майя. – Я звоню им сейчас же!
Она дернулась, чтобы встать, но Моня положил ей руку на плечо.
– Марецкая, не вздумай никуда звонить, – проговорил он, тяжело дыша. – С ума сошла? Хочешь потом Дворкина опознавать по зубам?
Майю передернуло.
– Так что же, это похищение? – тихо спросила она.
Верман кивнул и снова схватился за стакан с водой. Зубы его с отвратительным звуком клацнули по стеклу, так что Майю передернуло.
– Но зачем Хрящевскому понадобился Сема?! – ужаснулась она.
– Может быть, он хочет держать его у себя в качестве гарантии, что с передачей бриллиантов Купцову все пройдет нормально? – предположил Антон. – И Дворкин его страховка?
Но Моня отрицательно покачал головой.
– Сейчас… – пробормотал он и сунул Белову стакан. – Вы же ничего не знаете! Сейчас…
Он вскочил, добежал до кабинета и скрылся за дверью. Майя вопросительно посмотрела на Антона. Белов пожал плечами.
Через минуту Верман вышел в одной рубашке, без пиджака и жилета, утирая лицо платком. Он забросил в рот две таблетки, вырвал у Антона стакан и судорожно глотнул воды. По подбородку потекли две струйки.
Выпив таблетки, Моня плюхнулся на стул и застыл, обхватив голову руками. Некоторое время Майя выжидала, не начнет ли Верман говорить, но тот молчал, и она не выдержала:
– Моня, все совсем плохо? Скажите хоть что-нибудь! Что случилось?
Моня качнулся на стуле.
– Нас кто-то сдал, – простонал он. – Хрящевский узнал, что я купил «Голубого Француза»!
– Вот черт, – упавшим голосом сказала Майя.
– Да! – Верман внезапно вскочил и потряс кулаком. – Именно черт, а не кто-то другой! Боже мой, боже мой… Я все поставил на этот бриллиант! Такая невероятная, счастливая случайность, что он достался именно тогда, когда был нужен… Я решил, это знак судьбы! Само провидение желает, чтобы мы спаслись! Разве появление «Француза» можно было истолковать как-то иначе?! Ведь он пришел сам, когда его не ждали, и достался нам буквально даром! А Краузе? Он как будто предчувствовал, что я сообщу ему о бриллианте – сразу сорвался и прилетел сюда. Волна успеха, вот как это называется! Нас бы вынесло этой волной так далеко от Хрящевского, что он мог бы лишь кусать себе локти, но Вермана с Дворкиным ему было бы уже не достать! И проиграть – сейчас, в двух шагах от победы?!